Книга Связанные долгом, страница 90 – Кора Рейли

— Давай посмотрим, усвоила ли ты урок. Теперь-то ты будешь меня слушаться?

Я чуть не застонала от тембра его голоса и его взгляда.

— Да, – быстро сказала я.

Данте сделал еще один шаг назад, его глаза встретились с моими.

— Раздвинь ноги шире.

Я не медлила. Воздух его кабинета казался холодным на фоне моей разгоряченной плоти, но не приносил никакого облегчения моей пылающей жажде. Данте не торопясь отстегнул кобуру, не отрывая глаз от меня.

— Прикоснись к себе.

Я распахнула глаза, но опять подчинилась. Когда он включал такой голос, мне было трудно сопротивляться. Я скользнула рукой по телу и между ног, немного смущаясь. Это определенно не было тем, что, по мнению моей, матери может делать респектабельная жена. Но бо́льшая часть меня наслаждалась тем, как потемнели глаза Данте и приоткрылись губы, когда он наблюдал за пальцами, скользящими между складок. Он опустил кобуру с пистолетом, и она с глухим стуком упала на пол. Наблюдая за тем, как мои пальцы выводят маленькие круги вокруг клитора, Данте вновь становился твердым.

— Засунь палец в свою киску.

Я дрожала от возбуждения и, следуя его приказам, засунула указательный палец в пылающее лоно. Мускул на щеке Данте дернулся, и член его снова напрягся. Я видела, как сильно он хотел прикоснуться ко мне, трахнуть, но Данте бы ничего в жизни не добился, если бы не мог контролировать себя и окружающих. Сделав шаг, он оказался между моих ног, схватил меня за запястья, и я тут же убрала палец из своего тесного влагалища, надеясь, что он займется этим со мной прямо сейчас.

— Нет, – рыкнул он. – Продолжай трахать себя пальцем.

Как он мог звучать в одно и то же время так опасно и так сексуально? Возможно ли, чтобы такой хладнокровный человек говорил настолько неприличные фразы с предельной властностью? Я толкнула в себя палец. Данте смотрел на меня, сжав челюсти. Он опустил лиф моей сорочки, обнажив грудь. Соски затвердели от холода и пронзительного взгляда Данте. Он покатал их между указательным и большим пальцами, и я выгнула спину, но не прекратила движения пальцев.

Я потянулась к рубашке Данте, но он ущипнул меня за соски.

— Нет, – прохрипел он.

Я дернула бедрами от ощущений, хлынувших через все тело, от чувственной боли, которой начала наслаждаться сильнее, чем когда-либо могла представить. Пальцами Данте неумолимо выкручивал и перекатывал мои соски. Внутри у меня все дрожало от необходимости кончить.

— Данте, пожалуйста.

Он пристально посмотрел на меня, затем отпустил одну грудь и схватил меня за руку, уложив на стол, затем задрал сорочку, открыв мою киску.

— Не кончай, – предупредил он.

— Что? – ахнула я, но слова превратились в стон, когда он скользнул в меня двумя пальцами. Мышцы обернулись вокруг него, сжимая пальцы в железной хватке. Он начал медленно меня трахать.

— Не смей, Валентина.

Я впилась ногтями в ладони, пытаясь отсрочить оргазм. Данте втиснул пальцы глубоко в меня и держал их там, большим пальцем выводя круги на клиторе. Я стиснула зубы, тело начало содрогаться от спазма.

— Не кончай, – хрипло сказал Данте.

— Данте… – Я покачала головой, пребывая в уверенности, что в любой момент взорвусь. Данте согнул во мне пальцы и жестко прижался к клитору.

— Давай, сейчас, – резко приказал он, и оргазм накрыл меня с ослепляющей силой. Я выгнулась над столом, закричав, освобождаясь, руками скользя по гладкой поверхности стола, ища что-то, за что можно было бы удержаться.