Книга Связанные честью, страница 127 – Кора Рейли

— Иди за мной!

Он понес меня к лестнице, но темнота снова поглотила мое сознание.

Я проснулась в мягкой постели, чувствуя, что тело разбито, а сознание затуманено. Открыв глаза, увидела спящую рядом Джианну. За окном было светло, наверное, прошло несколько часов. На лбу у нее был огромный синяк, но я предположила, что выгляжу хуже. Мы были одни, и я испытала разочарование. Я попыталась сесть и почувствовала сильнейшую пульсацию в плече. Посмотрев вниз, я обнаружила, что плечо и предплечье перевязаны бинтами. Джианна зашевелилась и с облегчением улыбнулась:

— Ты очнулась.

— Да, – прошептала я.

Было ощущение, что рот наполнен ватой.

— Лука охранял твою кровать почти всю ночь, но Маттео заставил его пойти помочь с русскими, которых поймали.

— Они кого-то поймали?

— Да, они пытались вытащить из них информацию.

Я поморщилась, но не могла заставить себя испытывать к ним жалость.

— Как ты?

— Лучше, чем ты, – ответила Джианна и закрыла глаза. – Мне жаль, что я набросилась на тебя вчера. Я бы вечность ненавидела себя, если бы это были последние слова, которые сказала тебе.

Я покачала головой:

— Все нормально.

Она спрыгнула с кровати:

— Мне лучше сказать Луке, что ты проснулась, не то он мне голову оторвет.

Она ушла, и через несколько минут вошел Лука. Он остановился в дверном проеме с нечитаемым выражением лица, осмотрел меня пристальным взглядом, затем подошел к кровати и поцеловал в лоб.

— Еще морфия?

Плечо было словно в огне.

— Да.

Лука повернулся к тумбочке, взял шприц, приблизился ко мне и ввел иглу в изгиб руки. Закончив, он выбросил шприц в мусорное ведро, но руку не отпустил. Я переплела наши пальцы.

— Мы потеряли кого-нибудь?

— Нескольких. Чезаре и пару солдат, – ответил он и замолк. – И Умберто.

— Знаю. Я видела, как его застрелили.

Желудок яростно свело. Это все еще казалось нереальным. Мне следовало написать жене Умберто письмо, но для этого требовалась ясная голова.

— Что имел в виду тот парень, Виталий, когда сказал, что ты взял то, что принадлежит ему?

Губы Луки сжались в тонкую линию:

— Мы перехватили одну из их поставок наркотиков. Но это сейчас не важно.

— Что же тогда важно?

— Что я чуть не потерял тебя. Я видел, как тебя подстрелили, – сказал Лука прерывающимся голосом, но лицо было непроницаемо. – Тебе повезло, что пуля задела только плечо. Док говорит, что оно полностью заживет, и ты сможешь использовать руку, как прежде.

Я попыталась улыбнуться, но морфий делал меня вялой, и пришлось поморгать, чтобы не уснуть. Лука наклонился ко мне.

— Никогда больше не делай так.

— О чем ты?

— Не получай за меня пулю.

Сходить в душ оказалось сложной задачей. Мне нужно было прикрыть повязку, что доставило много хлопот, но удовольствие от теплой воды, смывающей кровь и пот, стоило того. Джианна, Лили и Фаби уехали меньше часа назад. Отец настоял на их скорейшем отъезде. Не сказать чтобы в Чикаго им было намного безопаснее, потому что Братва атаковала и Синдикат. По крайней мере, они остались со мной на день дольше, чем планировалось. Они развлекали меня, пока я лежала в постели, в то время как Лука должен был позаботиться обо всем. Как Дон, он не мог оставить своих солдат. Он должен был показать им, что у него есть план действий.

Я уже чувствовала себя намного лучше. Но, возможно, это было затяжным эффектом болеутоляющих, которые я приняла два часа назад. Я вышла из душа и неуклюже натянула трусики. Я могла двигать обеими руками, но доктор сказал, что следует использовать левую руку как можно меньше. Надевать сорочку оказалось сложнее. Мне удалось натянуть одну лямку на больное плечо. В спальне я нашла Луку, сидевшего на кровати. Он сразу встал.