Книга Дочь твоего врага, страница 88 – Эве Лин

— Слишком громкие слова для того, у кого сын уже в могиле, — подхожу к нему, смотря на него сверху вниз. Вижу, как он хрипло дышит, размазывая кровь по пиджаку.

— Не зарывайся, щенок! — сплевывает, попадая прямиком на мои ботинки.

Не выдерживаю, это бы последная капля. Присаживаюсь на корточки рядом с ним, смотрю на тварь, которая была тоже причастна к смерти моих родителей.

— Слушай сюда, — хватаю его за рубашку, с меня тоже слетает маска хлоднокровия. — Ты думаешь, я не знаю, что ты был причастен к смерти моей матери?

Вижу, как у ублюдка забегали глаза. Да, я прав.

— Тебе она нравилась, но она выбрала моего отца, узнав, какой ты на самом деле, — сжимаю его сильнее, второй рукой хватаясь за шею. Захаров-старший пытается отцепить мои руки от себя, в глазах паника и страх. — И ты решил отомстить, я не знаю, где ее могила, где ты закопал ее, когда наконец-то успокоился, когда она умирала от боли. Знай, эта боль вернётся к тебе в двойном размере и очень скоро! -

Ублюдку не хватает кислорода. Он, словно рыба в воде, широко открывает рот и пытается вздохнуть хоть немного, но не получается. Моя ярость выплескивается наружу с новой силой. Я мог бы убить его прямо тут, бросив садиста гнить в очистной яме.

Но я разжимаю руку. Нет, не сейчас, не сегодня. Он должен помучиться, осталось не долго…

Ублюдок хрипит, жадно хватая воздух, а я встаю, немного отходя. Нужно немного успокоиться.

— Об Арине не думай, узнаю, что хочешь навредить, следующий твой вздох будет последним, — бросаю предупреждающе. — А теперь пошел нахуй!

Захаров-старший поднимается, неуклюже ступая, сыпя проклятия в мой адрес. Наконец-то уходит.

Я немного успокаиваюсь, но ярость все равно струится по моему телу.

Сегодня я объявил войну, и она будет беспощадной…

Выхожу из кабинета и направляюсь в свою комнату. Туда, где она, мой наркотик, прижаться к ней и вдохнуть сладкий аромат вишни. Дурманящий, сладкий вкус моей Арины.

Вхожу, в комнате полумрак, но ее фигуру я вижу сразу. Она сидит на кресле, поджав по себя ноги, в тоненькой шелковой комбинации на голое тело. Ложиться спать именно так приучил ее я, потому что хотел иметь доступ к ее телу всегда. Просто отодвинуть полоску шортиков в сторону и войти в сладкую глубину. Слышать, как с ее манящих пухлых губ срываются стоны и крики, и самому дуреть от этого, кончая.

У меня было много женщин, невинных девочек. Но я вижу только ее глаза, ее тело.

Как же меня ломало от того, что очередная профессиональная шлюха, пришедшая, чтобы удовлетворить меня, оставалась ни с чем. У меня просто не вставал, кончал только тогда, когда представлял ее в самых развратных фантазиях. Вбиваясь в очередную дырку, я представлял ее, бурно кончая, но не до конца получая удовольствие. Словно есть заменитель, знаешь, что ты обманываешь сам же себя.

Меня ломало, ведь я понимал, что она дочь моего врага. Отец которой предал моих родителей. Но я поддался, ведь Арина была совершенно полная противоположность своей семье. Я не понимал, как у такой мрази родилась такая чистая дочь. Наверное, еще и это привлекло меня. Она была слишком чистой и невинной для такого, как я, и я хотел опорочить это, но сам увяз.

— Почему не спишь? — подхожу ближе, касаясь нежной фарфоровой кожи, тяну прозрачную бретельку вниз. Хочу ее прямо сейчас, чтобы успокоить своих демонов внутри, принять очередную дозу.