Книга Дочь твоего врага, страница 15 – Эве Лин

Он словно дьявол, хищник во плоти, и теперь я правда сомневаюсь, нужна ли мне помощь от него. Хотя он единственный, кто может мне помочь…

Наконец-то настал этот день — день моей свадьбы. День, который перечеркнет все в моей судьбе. Перевернет мой мир и он уже никогда не станет прежним. Сейчас, стоя перед зеркалом, я понимаю — это конец, финал. Неизбежный финал. Усмехаюсь, качаю головой, чем немного удивляю визажиста.

— Стойте, пожалуйста, смирно, — просит она, поджимая губы и хмуря идеальные брови.

Делаю, как она говорит, хотя сейчас мне неимоверно хочется послать ее. Сказать, что мне этого ничего не надо. Пусть убирается. Убираются все.

Но я смирно стою и смотрю на себя в зеркало. Нужно все же отметить, что мое платье красивое, ничего выдающегося. Легкое, невесомое, немного приталенное, оно невероятно мне нравится.

В детстве я мечтала о таком платье. О свадьбе в кругу семьи и друзей, собравшихся вокруг нас. Но теперь, стоя в своем свадебном платье, я поняла, что больше этого не хочу. Этот день станет мой погибелью. Ведь я выхожу замуж за настоящего садиста, который показал свое истинное лицо еще в тот вечер. Но тогда он сдержался. А после того, как я стану его женой, его руки будут развязаны. И мне больше никто не поможет…

— Очень красиво, у вас такие красивые волосы, — восхищенно говорит визажист, трогая их. — Густые и здоровые! А еще сами красиво вьются. Это какая-то сыворотка?

— Нет, просто никогда не красилась. — пожимаю плечами отстраненно.

— Удивительно… — качает она головой, скорее всего не веря, что я говорю правду. Но мне плевать.

В отражении на меня смотрит невинная девушка. С распущенными волосами, в воздушном платье, с букетом полевых цветов и белым венком на голове, сзади которого прицеплена фата. Организаторы постарались, не зная, что скоро это белоснежное платье измажет моей кровью мой муж.

— Тогда мы закончили, сейчас позову вашу маму, — уже более холодно говорит девушка и уходит, чтобы я смогла перевести дух, хотя мне это не помогает. Мне все равно плохо, меня уже душат и с каждым часом удавка на моей шее затягивается все сильнее.

В комнату входит мама. Глядя на меня, она начинает плакать.

— Какая ты у меня красивая… — шепчет она, подходя ко мне. Обнимает.

Не отвечаю. Я бы с удовольствием сделала это при других обстоятельствах, но сейчас пропасть между нами слишком большая. Я понимаю, что мне не помогут.

— Скоро придете Яна, — говорит она, опуская свой взгляд. — Может, с ней поговоришь? Разу уж со мной не хочешь… Порадуйтесь вместе этому дню.

— Дню, когда вы с отцом выдали меня замуж за садиста ради того, чтобы получить еще большее влияние? Ради денег! — не сдерживаюсь, меня переполняют эмоции.

— Ради твоего будущего! — все же начинает она отвечать мне. — Ты ни в чем не будешь нуждаться!

— А мне не нужны эти богатства, если каждый день надо мной будут издеваться!

Слезы опять льются по моим щекам, портя макияж над которым час трудилась девушка-визажист. Но мне плевать, я опять показываю свои истинные эмоции.

Мама замолкает, не пытается больше обнять меня или утешить, скорее всего, просто хочет отойти от ситуации.

— У тебя потекла тушь, — только говорит она. — Сейчас позову Марину…

И она быстро уходит, оставляя меня одну.