Онлайн книга «Храмы веселья»
|
На этой неделе Фреда в преддверии прослушивания приняла дополнительную ванну. Раз в неделю они с Флоренс ходили в общественные бани на Маршалл-стрит, где тратили шесть пенсов, чтобы вымыться теплой водой в номере первого класса. Девочки чередовались, кто первой садился в ванну. Ради прослушивания Фреда вчера заплатила два пенса за ванну второго класса, позволив себе роскошь помыться единолично. Возможности для мытья на Генриетта-стрит были скудны – раковина с холодной водой и ватерклозет, вечно грязный и пахнущий мочой, на лестничной площадке. Миссис Дарлинг не дружила с чистотой. Она также, казалось, не любила людей вообще, и все-таки даже на далеком чердаке девочки днем и ночью слышали стук-стук-стук демонического дверного молотка. Мисс Шербурн наконец-то сумела устроить для Фреды настоящее прослушивание в театре «Адельфи» на Стрэнде, в кордебалет постановки под названием «Бетти в Мэйфере». — Мне стоило больших трудов это устроить, – сказала она, – так что постарайся как следует, чтобы произвести впечатление. «Я всегда стараюсь», – подумала Фреда. С тех пор как она сбежала из дома, яркий свет успеха, который Фреда представляла себе в виде следующего за ней повсюду луча прожектора, понемногу угасал. Но теперь все должно было измениться, свет горел ярко – Фреда Мёргатройд идет к славе! Наконец-то! * * * Кардиган туго натянулся, когда Фреда попыталась застегнуть перламутровые цветочные пуговки. — Очень красиво, – сказала Флоренс. Она все еще валялась в постели, хотя день в пансионе уже шел полным ходом. – В «Адельфи» впечатлятся. — Спасибо. – Фреда покружилась и сделала небольшой реверанс. Флоренс настояла, чтобы Фреда приколола к красному кардигану брошку, синюю птичку миссис Ингрэм. — На удачу, – сказала она. Фреда не видела, как ношение краденого может принести удачу, но подчинилась, чтобы порадовать подругу. — Чем ты займешься, пока я буду в «Адельфи»? – спросила она у Флоренс. (Чем вообще Флоренс занимает свое время?) — О, тем да сем, – сказала Флоренс. – Я встречу тебя после в «Лайонсе» на Ковентри-стрит, и ты расскажешь мне все-все, что было на прослушивании. Фреду внезапно охватил озноб. Она представила, что именно так, должно быть, чувствуют себя осужденные в утро перед казнью. Момент расплаты настал. Впереди развилка. Направо лежит мощенная золотом улица, ведущая к славе и успеху. Налево – чумазый от копоти переулок, ведущий к отчаянию. Что, если Фреде придется пойти по нему? Что тогда? — Не будь такой унылой кукушкой, – сказала Флоренс, выпутываясь из простыней. – Пойдем позавтракаем. * * * После еды они немного побродили, пока не начался дождь. Они расстались на Стрэнде, неподалеку от «Адельфи». — Буду держать за тебя пальцы скрещенными на руках и ногах, – сказала Флоренс, обняв подругу. От Флоренс пахло мятными ирисками, которые она ела весь день напролет. Если не перестанет, скоро сама превратится в мятную ириску. Фреда смотрела, как Флоренс переходит дорогу под дождем. Она ожидала, что подруга вернется на Генриетта-стрит или, скорее всего, укроется от непогоды в каком-нибудь кафе (Флоренс следовало бы иметь акции сети ресторанов «Лайонс корнер хаус»). Но Флоренс не сделала ни того ни другого, а замялась на тротуаре у паба «Угольный подвал». Подъехал автомобиль, она шагнула вперед и, кажется, завела разговор с водителем. Это был мужчина постарше, но не такой старый, как мистер Птицесвист. Фреда не видела, что произошло дальше, потому что перед ней остановился омнибус, загородив обзор. К тому времени, как омнибус набрал пассажиров и тронулся, и машина, и Флоренс исчезли. Неужели Флоренс не знает, что нельзя садиться в машину к незнакомцам? Но потом Фреда представила себе доверчивое коровье лицо подруги и поняла, что ее, пожалуй, и конфеткой можно соблазнить. |