Книга Разрушители пророчеств 2, страница 71 – Сергей Михайлов

После того, как в глазах отплясала огненная река, стало особенно заметно, что вокруг темнеет. До настоящей темноты было еще далеко, но солнце спряталось и тени на дне оврага набирали плотность.

— Что будем делать?

Соболь внутренне усмехнулся, привыкшая командовать, Алмаз впервые спрашивала такое у него – обычно она просто приказывала и все, считая, что сама прекрасно во всем разбирается.

— Теперь точно не сможем сбежать. Эти, – он кивнул на залегших после стрел орков. – заметят сразу. Поэтому, лежим не шевелясь, может быть пронесет. Наступит ночь, тогда попробуем выбраться.

— Я тоже так думаю. Ты слышишь, бой продолжается. Те дикари, что на них напали, похоже, так и не отстают. Может так оркам и колдунам будет не до нас.

Однако, надежды их были напрасны – ни один колдун не забыл, что им приказала Проклятая.

Радан и его спутники прятались в случайном убежище среди мертвых, и их кругозор был ограничен несколькими десятками метров. Поэтому они не могли знать, что происходит вокруг. То, что они слышали, говорило лишь о том, что орки еще воюют. Однако, диспозиция теперь радикально изменилась.

Неожиданная, хорошо подготовленная атака, и неудобное для развертывания конницы место, дали нападавшим преимущество, но долго это продолжаться не могло. Все-таки орки были настоящими воинами, а Хорузар своими жесткими методами вбил в них основы дисциплины. Так что, когда первый шок прошел, Борезга организовал нормальную оборону. А потом, и вообще, сам повел орков в атаку на один из холмов. Завязалась жаркая битва – кочевники в позиционной схватке не смогли устоять перед мощными закаленными воинами. Кроме того курган, который Борезга выбрал для штурма, был усыпан мертвыми обожженными телами лошадей и кочевников – плод колдовства Мазранга. Это давало оркам психологическое преимущество – нечасто встречавшиеся с колдовством, степняки боялись опять встретиться с Черными. Если бы не присутствие Корада и магов из Стерега, то Шаху было бы гораздо труднее посылать своих воинов в бой.

К ночи только один холм остался под контролем степняков, на втором закрепились орки. Борезга хотел вывести, вообще, всех своих воинов из оврага, где они зря гибли от стрел, но Сельфовур, и находившийся при нем Хорошинар, так рыкнул, что молодой военачальник сразу прикусил язык. Из оврага орков выводить было нельзя – где-то там прятались драгоценные пленники.

Подчиняясь приказам Черных, Борезга пообещал, что как только стемнеет и вражеские лучники станут безглазыми, он сразу пошлет сотню воинов обыскать весь овраг. Но Мазранга это не устроило – пленники в любой момент могли ускользнуть. Поэтому он придумал кое–что свое, поистине черное. Он приказал выбрать десяток самых мощных воинов и привести к нему. Сельфовур лично прошелся по холму и выбрал таких.

Огромные орки с массивными клыками и руками похожими на бревна, переминаясь стояли перед человеком с нечеловеческими желтыми глазами.

— Убейте их, – ровным голосом приказал Мазранг.

Услышав это, орки взревели и попытались убежать, но смогли выдавить из горла только хрип и продолжали перетаптываться. Сельфовур и эльф Туманоэль быстро прошли вдоль строя, на ходу втыкая узкие кинжалы в сердце орков. Через минуту все было кончено, на вытоптанной траве лежали десять массивных фигур. Борезга скрипел зубами, но высказаться не посмел – он чувствовал, что этот Черный совсем не похож на их шаманов, да и на других колдунов, он, даже не заметив задушит и его. В противоположность ему, Арагуз не испытал никаких чувств, когда колдуны убили его соплеменников – он уже догадался, что задумал Черный и с трепетом ждал когда начнется таинство. Он впервые присутствовал при таком извращенном колдовстве.