Книга Сказки Верескового леса. Фебр, страница 92 – Елена Шейк

На его смешном жёлтом котике, который служил пирсингом в ухе, застрял красно-оранжевый листок, и Йоханна с особой нежностью и осторожностью сняла его.

От прикосновения её пальцев Рэна словно шибануло током, и цветы с еле слышным недовольным писком полетели под ноги на плитку. В его сознании исчезли все голоса посетителей этого парка, стих ветер, и даже листья, кажется, облетали их стороной. Он ничего не чувствовал и не видел, кроме одного: Йоханна, как никогда раньше, была такой близкой для него в этот момент, хотя на протяжении всего курса обучения существовала только в мечтах. Она училась на параллельном потоке, и их пути после защиты диплома разошлись, благо, что не навсегда.

Рэн посмотрел на Йоханну и заметил, что из её глаз бежали слёзы. Он наклонился. Губы почувствовали солёный вкус её слёз, скользнув по любимым щекам. Дотронуться до губ было так же страшно, как и раньше – в том, что Йоханна могла бы возмутиться, залепить звонкую пощёчину, Рэн не сомневался. Но тут Йоханна не растерялась и сама поцеловала незадачливого и смущённого кота-оборотня. В идеальной тишине Рэн слышал, как сердце бешено колотилось в его груди, а листья, падая на землю в ветряном вихре, перестали шелестеть, будто сами залюбовались влюблёнными и старались не мешать им.

— Ты о чём задумался? – пощёлкала пальцами Йоханна перед его лицом, весело смеясь. – Уставился в одну точку и молчишь, смотришь сквозь меня, как будто я привидение.

Рэн очнулся. О, нет! Какая же это была реалистичная, но жестокая грёза! Стало стыдно за своё буйное воображение. Хотелось спрятаться за букетом флоксов, который сейчас уверенно полз в сторону ближайшей лужи. Что же до Йоханны, то она как будто не замечала его красноречивый взгляд. Да, он просто друг, с которым было весело ходить на практические занятия по алхимии и шутить над менее успевающими по этому предмету однокурсниками.

— Я? Я ничего… Просто подумал о своём, – пробормотал Рэн, наклоняясь, чтобы собрать флоксы, которые уже почти добрались до воды. Йоханна могла слышать их разочарованный стон, когда Рэн заново собирал букет. – Что?

Йоханна посмотрела на него задумчиво, как-то странно улыбаясь. Рэна этот взгляд всегда вгонял в состояние паники: не понятно, то ли она довольна, то ли она глубоко в тебе разочаровалась, то ли смотрит куда-то вообще сквозь тебя.

Но случилось невозможное. Может, ему снова показалось? Нет, абсолютно точно: её губы коснулись его губ. Они оказались вовсе не такими, как он думал раньше: Рэн почувствовал каждую трещинку. Все произошло мгновенно, он даже не успел понять, что это уже прошло. И после с треском рухнула последняя иллюзия.

— Я не могу бросить мышку, – улыбнулась Йоханна. – Пойми, Юсферату без меня просто не выживет. Вспомни случай с родонитом. И вот так всегда. Его кто-то должен оберегать. И это буду я.

Глаза Рэна потухли. Конечно. Думал, что всё получится, но вышло как всегда. Идиот.

— Но…

— Но?

— Знаешь, я всегда ценю хорошую дружбу. Больше, чем любовь. Потому что любовь без дружбы невозможна, тот, кто тебе дорог, должен быть в первую очередь другом. Когда я была маленькая, я всегда мечтала, чтобы у меня был старший брат. Но я ведь понимала, что пролетела с этим ещё когда родилась. Я не знала, почему хочу. Сейчас понимаю. Я присматриваю за Юсферату, за его особняком, работаю, стараюсь помогать всем по мере возможности и оберегать от возможных неприятностей. И мне очень хочется, чтобы и меня тоже кто-нибудь оберегал. Не так, как принц, он слишком влюблён в меня, чтобы быть тем, кого у меня никогда не было, но о ком я всегда мечтала. И единственный, кто делает это всегда – это… ты вообще-то.