Книга Остров Таларктос, страница 37 – Ксения Шанцева

Сенья все понимала. Всеволод отправился снова спать. Ведь, он мог спать. А Сенья всю ночь ходила по вилле и смотрела на луну. Так прошла очередная ночь наших ученых.

Всеволод проснулся достаточно рано. Он налил себе кофе и тут же в саду приступил к стиранию изображения с доски для серфинга. Нашего ученого окружало буйство разноцветных гортензий. Пение птиц звучало слишком громко. Но Всеволод умел фокусироваться исключительно на своей задаче.

«Нужно скорее разгадать загадку доски. Вот так бывает. Мы резко оказались в другой части мира. Совершенно не понимая, кто все это задумал».

Всеволод ножом усердно пытался стереть рисунок. Пока он видел только некие очертания. В его голове всплывала улыбка Сеньи. Она улыбалась очень редко. Но уж если она улыбнулась Всеволоду, то значит, он вызвал у нее искренние теплые эмоции.

Сенья проснулась около 15:00. Она тут же начала искать Всеволода. Она быстрыми шагами шла среди гортензии. Голубые, розовые, сиреневые цветы были повсюду. Можно утонуть в их превосходстве. Здесь можно и нужно творить. Брать кисточку и рисовать. Рисовать это сочетание бесподобного.

— Доброе утро! Осталось совсем немного очистить доску, – произнес Всеволод.

Он полностью стер первое изображение.

— Тут изображена ночь, – сонным голосом произнесла Сенья.

На доске был повторен точно такой же рисунок, но только теперь пейзаж был погружен в темную ночь. И…

— Черные облака нависают над вулканом. Ярко светят звезды среди них, – сказал Всеволод.

— Да. А вот ящерица исчезла, – в задумчивости произнесла Сенья.

— Да. Смена дня и ночи. Цикл.

— На доске эта смена происходит очень затруднительно, как и у меня при сбн, – сказала Сенья и тяжело вздохнула.

— Как точно подмечено. Ты завтракала?

Но Сенья ничего не отвечала. Она внимательно смотрела на новую картину.

— Ты что-то поняла? – поинтересовался Всеволод.

— Новая картина показывает нам смену дня и ночи. Это очевидно. Ящерица выспалась и отправилась по своим делам ночью. Но так бы подумал любой другой человек.

— Это ты о чем?

— Смотри. Звезды тоже есть в картах Ленорман. Они идут под номером 16. В сумме получаем 7. Что у нас под номером семь? Выспавшаяся ящерица. Рисунок дублирует предыдущий. Ящерица никуда не делась. Понимаешь?

— Понимаю. Наш библиотекарь увидел ящериц на Порту-Санту и что-то нашел.

— Мы ранее не обращали внимания на дом, – в задумчивости произнесла Сенья.

Сенья и Всеволод продолжали тщательно изучать картину. С первого взгляда новое изображение показалось идентичным предыдущему, но теперь нашим ученым совершенно так не казалось. Картина приобретала новый смысл. И скрывала в себе новые знаки.

— Есть карта «Дом». Она идет под номером 4. Это нам как-то поможет? – произнесла Сенья.

— Не знаю. Темнота. Дом в темноте…

— Ящерица проснулась, активная ящерица. Но ее саму мы не видим. Почему-то.

— Сень, я чувствую себя в какой-то игре слов. Где может быть ночная активность? Когда ящерица бы чувствовала себя всегда комфортно и бодро?

— В постоянной ночи.

— Сенья! Точно! Постоянная ночь. Полярная ночь! Например, Певек!

— Певек?

— Да, я там родился.

Сенья была удивлена. Она об этом даже не спрашивала. Она настолько была погружена в науку, что уже не задавала элементарных вопросов.

— В Певеке много снега, – тихо произнес Всеволод.