Книга Меч света, страница 79 – ГоЛеон

Поверх россыпи золотых монет и драгоценных камней покоилось два клинка. Рукояти – из белого материала, похожего на кость, гладкие, тяжелые, с идеально инкрустированными красными камнями в навершиях. Лезвия – из странного металла, окутанного легкой серой дымкой, будто само оружие дышит тьмой.

Я едва коснулся рукоятей, как перед глазами тут же всплыло сообщение:

Ограничение в навыках: вы не можете использовать это оружие – требуется навык танцующего со смертью.

Я тихо выдохнул. Хоть и не мое, но теперь я точно знал, что держу в руках легенду. И наконец понял, откуда Белый черпает свою уверенность.

Быстро убрав оружие в свой инвентарь, понимая, что время на исходе, я выбросил весь хлам из большого сундука и уложил туда связанного эльфа. Навесной замок с глухим щелчком встал на место. В последний раз проверив, что все надежно, я выскользнул из шатра.

На улице меня уже ждали. Передо мной стояли Линель и Гёте.

— Периметр зачищен, охрана обезврежена, – доложил Гёте, кивнув в сторону центра небольшой площади перед шатром. Там под зорким взглядом Кисы сидели связанные и полусонные стражники. Их лица отражали смесь страха и полного непонимания происходящего.

— А ты? Поймал Белого? – спросила Линель.

— Все нормально. Я сдержал слово. Твоя клятва не нарушена, – спокойно ответил я.

Она улыбнулась и, прежде чем я успел что‐то добавить, обняла меня, прижавшись и целуя в щеку.

— Спасибо, – шепнула она. – Ты не представляешь, как много это для меня значит.

Я чуть было не забыл, где мы и что вообще происходит. Душой молил: пусть хоть на пару секунд дольше не разжимает объятий. Но все же она отпустила и, вернувшись к пленным, осталась наблюдать за ними в компании своей устрашающей Кисы. Одного только ее присутствия было достаточно, чтобы полностью нейтрализовать любое сопротивление.

Мы с Гёте принялись обходить лагерь, палатка за палаткой. План был прост: мы вдвоем заходили внутрь, я по одному будил спящих разбойников, а гном выводил их наружу и передавал Линель, где те получали новый «аксессуар» – веревки на запястья и лодыжки. Киса же, затаившись у костра, даже не рычала. Ее молчаливое присутствие делало больше, чем любой приказ, – ни один из бандитов даже не пытался сбежать.

Работа шла не сказать чтобы быстро. Почти в каждой третьей палатке отыскивался «герой», решивший, что может что‐то изменить. Троим из них пришлось заплатить жизнью. Один, увы, сумел улизнуть, ну да ничего – не он первый, не он последний. К рассвету бо́льшая часть лагеря уже сидела перед шатром связанными рядами и под строгим надзором эльфийки и ее питомца.

— Граждане бандиты, – обратился я. – Нам с друзьями нужно отлучиться ненадолго, переговорить с вашим начальством. А с вами останется Киса. Она, знаете ли, очень не любит бандитов, зато обожает охотиться. Так что, прежде чем решите дернуть, подумайте, как далеко уйдете… и сколько времени у нее займет, чтобы вас догнать.

Некоторые из пленников сглотнули, увидев, как огромная зверюга устраивается в центре лагеря, вытягивая передние лапы и кладя на них морду. Вроде бы отдыхает, но уши навострены и глаза не моргают. Идеальный часовой.

Мы втроем вошли в шатер. Атмосфера внутри сильно контрастировала с сырой утренней прохладой: пахло дорогими благовониями, а через щели в брезенте пробивались теплые рассветные полосы.