Книга Меч света, страница 71 – ГоЛеон

Он вручил мне небольшой сверток и положил руку себе на грудь:

— Это сердце ты покорил.

За ним тот же жест повторил командир. Затем доктор. Один за другим, все, кто был на площади, молча склоняли головы и прижимали ладони к груди. Громадный круг молчаливого уважения сомкнулся вокруг меня.

Мурашки побежали по коже. Я выдохнул – долго, глубоко. Четвертое сердце лабиринта было покорено.

Обнявшись, старые друзья – командир стражи и глава гильдии воров – двинулись в сторону ближайшего трактира.

— Пошли, старый друг, нам много о чем нужно поговорить…

Последние слова я услышал уже слегка приглушенными: нас с Гётезаром затягивало в портал.

На этот раз не было ни столов с едой и выпивкой, ни сырой каменной комнаты. Мы очутились на палубе огромного корабля, мчащегося на всех парусах к бескрайнему горизонту. Порывистый ветер гудел в снастях, пахло солью, морской влагой и старым деревом. Над головой раскинулось облачное небо, где‐то вдали перекликались чайки, и море пело свою вечную песню.

У штурвала стоял хранитель врат – теперь уже в облике настоящего капитана: в богатом камзоле с золотыми пуговицами, треуголке и высоких сапогах. Он держался прямо, с достоинством, не сводя взгляда с линии горизонта. Я больше не чувствовал к нему вражды. Не знаю, что чувствовал гном, но меня лишь терзали сомнения, и все, чего мне хотелось в эту минуту, – услышать подтверждение моих мыслей из уст самого хранителя. Он же, не обращая на нас никакого внимания, продолжал смотреть вдаль.

Я развернул сверток, полученный от главы гильдии. Внутри лежал предмет, способный изменить многое:

ОТМЫЧКА

Качество: легендарное.

Открывает любой замок. Раз в сутки позволяет создать пространственную дверь в любую точку обозримой карты.

Улыбнувшись, я сжал отмычку в ладони. Нам такие вещи еще пригодятся.

— Судьба каждого из нас – это точно такой же корабль, – наконец заговорил Клауренс. Его голос сливался с ветром, будто был его частью. – И он несет нас по бескрайнему океану жизни, иногда мягко покачивая на волнах, а иногда разбивая о рифы. Посмотрите на горизонт, что вы видите?

— Ничего, – первым ответил Гёте, щурясь в сторону линии, где небо сливалось с морем.

— Я тоже немногое… Лишь воду, переходящую в небо. – Я задумался, затем добавил: – Быть может, потому, что это твой горизонт?

— Каждый видит свой горизонт. И то, что вы его вообще видите, уже хорошо, – продолжил хранитель, не отводя взгляда от бескрайности перед собой. – Некоторые не видят дальше своего носа. Но есть и такие, кто способен заглянуть за горизонт. Вот только этого недостаточно, ведь не все, что мы видим, – истина. Гораздо важнее – знать, что находится за ним.

Он сделал паузу. Ветер развевал его камзол, и паруса над нами натужно скрипели.

— Когда ты понял, Серый? – спросил Клауренс.

— Честно признаюсь, далеко не сразу. Только на последнем испытании, – ответил я, ощущая, как мысли складываются в единую картину.

— Что понял? – Гёте повернулся ко мне с недоумением.

— Все, что с нами случилось в лабиринте, предназначалось именно нам изначально, – проговорил я медленно, будто проглатывая тяжелую правду. – Не было никакого мага. И душ, которые надо было спасать, тоже не было. Это все проверка. Испытание. Чтобы понять, как мы себя поведем.