Книга Меч света, страница 62 – ГоЛеон

Его взгляд прожигал.

— Ты меня, конечно, извини, дружище, – начал я, – но не думай, что я не понимаю, что́ стоит на кону и чем, возможно, придется пожертвовать. Но я не готов, слышишь? Не готов превращаться в монстра. И пока у меня есть шанс что‐то изменить, я это сделаю. Чего будут стоить все мои регалии, если, глядя в зеркало, буду видеть труса и предателя? Нет уж, прости, на такое я не согласен. Ты не думал, что именно поэтому здесь я, а не кто‐то другой? Потому что я способен что‐то сделать и остаться собой.

— Я тебя понял, Серый. Но все же попрошу: если другого выхода не будет и придется выбирать, не ставь на кон судьбу всего мира ради одного себя. Ты прав, твои регалии ничего не будут значить, если не останется никого, кто сможет их чтить.

— Обещаю, – сказал я.

Мы молча обменялись крепким рукопожатием и залпом осушили очередную кружку. После этого принялись за ужин. Черт возьми, с этой беготней я проголодался так, будто пару дней не ел.

Попутно я решил проверить, чего там интерфейс так настойчиво пытается сообщить. Открыл и чуть не поперхнулся: сорок второй уровень? Да уж, знатно мне опыта отсыпали за вождя.

Итого, с учетом экипировки, я имел:

Сила – 49.

Ловкость – 49.

Интеллект – 51.

Удача – 76.

Умения тоже прилично подросли, но уровень мастерства повысился только на мечах – до второго. Скорее всего, потому, что остальные навыки я использую редко. С новым уровнем мне открылся активный навык «Ураган смерти». Нужно будет обязательно испытать. Интересно, на что я теперь способен.

Жаль, трофеи собрать не удалось. Молот орка – сокровище, особенно для Гёте. Все‐таки он гном, да еще и кузнец, ему бы в самый раз.

Утром, войдя в последнюю дверь, мы увидели очередную надпись:

Твое последнее задание —

Избавить город от страданий.

— Да легко! – уже с долей иронии прокомментировал я увиденное, и мы вошли в портал.

— Уверен, что будет легко? – спросил гном.

— Уверен, что нет. Но с тобой мы все сможем.

Мы оказались недалеко от дороги, по которой двигалось много людей. Одни ехали верхом, другие шли пешком; попадались и обозы с товарами.

Подойдя ближе, я заметил, что все они встревожены. Кто‐то злится, кто‐то даже напуган.

— Уважаемый, где ближайший город? – обратился я к мужчине, идущему без груза.

— Ближайший? То есть Кисон? Вон в той стороне, – кивнул он ровно в ту сторону, откуда все уходили. – Только туда нельзя. Солдаты разворачивают всех еще на полпути. Люди шепчутся, что там хворь.

— Что еще за хворь?

— Откуда мне знать? Я же не лекарь.

С этими словами он потерял к нам всякий интерес и продолжил свой путь.

— Есть какие‐нибудь соображения? – спросил я Гёте, но тот лишь пожал плечами.

— Эй, бродяги! – раздался голос позади. – Вам в город? Могу проводить.

Перед нами стоял совсем еще молодой парень, слегка потрепанный и грязный. Он был похож на беспризорника.

— А ты еще кто такой? – недоверчиво прищурился гном.

Незнакомец откинул край рубахи, обнажая плечо, на котором красовалась татуировка в виде небольшой птички, выполненной в четких, простых линиях.

— Понятно, местная гильдия воров, – прокомментировал Гёте. – У них в каждом городе свои тропы и норы. Контрабанду таскают да товары разные, что под запретом.

— Сколько берешь? – спросил я сразу по делу.