Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 251 – Элис Нокс

Голос сломался окончательно, превратился в хрип.

— Обняла. Сказала, что любит. Поцеловала так нежно, будто я — весь её мир. Я поверил. Отдал ей всё. Опустил защиту. А потом холодная сталь. Прямо в сердце. Я смотрел ей в глаза и видел... ничего. Пустоту.

Он закрыл лицо руками.

— Я любил так сильно, что готов был умереть за неё без колебаний, без сожалений. И умер от её руки. Это самая жестокая шутка богов, какую только можно придумать. Самое идеальное наказание за гордыню, за то, что посмел поверить в счастье.

Я больше не выдержала.

Сорвалась с места, бросилась вперёд, не думая о последствиях. Упала на колени рядом с ним, обхватила за шею обеими руками, прижалась всем телом.

— Это была не я!

Крик вырвался сам — отчаянный, надломленный.

— Клянусь всем, что есть во мне, всем, что свято, клянусь на душе — это была не я! Дориан! Король Шипов! Он принял мой облик, использовал свою магию, чтобы обмануть тебя! Я никогда... боги, я никогда не подняла бы на тебя руку! Никогда не предала бы!

Рыдания хлынули безудержно, из самой глубины души. Я не могла остановиться, не хотела останавливаться.

— Люблю тебя! Всегда любила! С того самого момента, как увидела впервые! Даже когда думала, что ты мёртв, превратился в камень навечно, не переставала! Десять тысяч лет искала способ вернуть тебя, не сдавалась ни на секунду, даже когда все говорили, что это безнадёжно!

Губы нашли его лицо сами — щёки, лоб, виски, губы, всё подряд, беспорядочно. Я целовала отчаянно, жадно.

Морикай попытался слабо, неуверенно отстраниться, но я не отпустила. Вцепилась в него, зарылась лицом в его шею, вдыхая запах грозы и кедра — живой, настоящий.

— Не уходи! Не отталкивай меня! Прошу тебя!

Целовала шею, плечи, линию челюсти, снова губы, не переставая.

— Я здесь! Настоящая! Живая! Я вернула тебя из царства мёртвых! Освободила твою душу из клетки! Отдала бы всё, чтобы ты жил!

Его руки поднялись медленно, дрожа. Неуверенно легли на мою спину.

Сжались слабо.

Потом сильнее.

Потом до боли.

Он зарылся лицом в мои волосы, вдохнул глубоко, и плечи затряслись от новых рыданий, которые больше нельзя было сдерживать.

Он плакал беззвучно, потом наружу вырвались всхлипы — грубые, надломленные.

— Я думал... — голос сломался на полуслове, — думал, ты меня предала, что всё было ложью. Что любовь, которую я чувствовал, была иллюзией, красивой сказкой. Что всё, что мы пережили вместе — обман, манипуляция, игра, в которой я был просто пешкой...

Обнял крепче, так сильно, что рёбра заныли, но мне было всё равно.

— В клетке, в царстве мёртвых, где время не существует... я проживал этот момент снова и снова, бесконечно. Каждую секунду. Твои слова «Я люблю тебя» звучали в ушах, твой поцелуй жёг губы, а потом нож, холод, боль, предательство. И снова. И снова. Вечность, состоящая из одного момента, растянутого до бесконечности. Я ненавидел себя за то, что был слаб. Тебя за то, что предала. Мир за то, что позволил этому случиться. Но...

Голос упал до шёпота, полного стыда.

— Но не мог перестать любить. Даже в ненависти — любил. Даже проклиная тебя — вспоминал, как ты смеялась. Даже желая забыть — цеплялся за каждую деталь. Это было хуже любой пытки, хуже камня, хуже смерти. Любить того, кто убил тебя. Это ад в чистом виде.