Книга Врачебная тайна 2, страница 91 – Дия Семина

Состоялось короткое представление, я слегка склонила голову, а следователь приподнял свою небольшую шляпу и сказал кратко: «Очень приятно, сударыня!»

Типичный «сухарь», его дамские тонкости скорее раздражают, но он не безразличен к женскому полу, потому что посмотрел на меня с большим интересом, сначала взгляд был оценивающий, потом профессиональный, он попытался считать меня, как это сейчас модно, дедуктивным способом. Но тут же споткнулся о заплаканное лицо, покрасневший нос, опухшие губы и мокрые глаза. Граф, сидя боком, не заметил мои душевные терзания.

Но более всего Полозова удивило моё присутствие в карете Его Сиятельства, но естественно, позволить себе поинтересоваться обстоятельствами более, чем ему уже сказано, не посмел.

Карета мягко качнулась и тронулась с места, разговор тут же продолжился:

— Анастасия Сергеевна, у нас теперь есть некоторые основания, чтобы войти в дом и забрать малышку, но желательно зайти наверняка, — Даниил Романович впервые внимательно посмотрел на меня и теперь заметил следы слёз, удивился, но промолчал, сочтя неприемлемым объясняться при постороннем.

— Хорошо, я постараюсь проверить данные до того, как мы постучим в ворота, — теперь моё предназначение стало ясным и для следователя, он ещё раз очень внимательно посмотрел на меня и понял, что не в состоянии понять «что я такое», но раз сам тайный советник мне доверяет, то разговор можно продолжить, не скрывая всех непростых нюансов.

— Но они будут всё отрицать, времени прошло много год и десять месяцев. Я могу лишь уповать на свидетельства очень ненадёжных свидетелей: горничная, которая не касалась ребёнка, мать, которая сразу лишилась сознания и пролежала в горячке несколько недель, акушерки, которые всё будут отрицать, и муж несчастной женщины, которому тоже будет выгодно отрицать всё, чем, собственно, они все и занимаются. Ну, разве только горничная говорит правду и настаивает на своих показаниях, — слова Полозова заставили нас всех задуматься.

Я вздохнула, всхлипнув, как ребёнок, и моё личное горе мгновенно отодвинулось на второй план. Действительно, сейчас у нас судьба девочки на первом месте.

— Мне нужно взглянуть на ребёнка, и приметы найдутся. А потом, думаю, что смогу найти и другое обоснование для изъятия, — начала говорить и чуть было не сказала лишнего про гипноз, при котором человек расскажет только правду. Но вовремя опомнилась и вспомнила кое-что из слов Севастьяна. — Кстати, один надёжный информатор, мне подкинул имя, эта женщина регулирует все сделки по продаже детей. Некая Фрида Пельтц — повитуха и не только, она ещё занимается чёрным, ну вы поняли, господа. Через неё проходят многие сделки…

— Да что же вы молчали, Анастасия Сергеевна! — воскликнул Даниил Романович и тут же стукнул кучеру, приказывая остановиться. — Хорошо, что мы недалеко уехали, имя уже на слуху, сейчас нужно отдать приказ, чтобы эту женщину немедленно арестовали, повод для задержания весомый, она уже на каторгу накрутила дел.

Пришлось потратить ещё полчаса на то, чтобы выписать ордер на арест подозреваемой в гибели девицы от подпольной операции, а торговлю детьми уже потом пришьют к делу. Наши «метания» упрощаются тем, что в процессе участвует сам Действительный тайный советник, он и подписал все приказы, иначе пришлось бы ждать утра и обосновывать судье не слишком конкретные причины для задержаний.