Книга Пламя в небе, страница 88 – Софи Джордан

Шум ручья – журчание воды, перекатывающейся по отшлифованным веками гладким камням, – я услышала еще до того, как мы добрались до него. Деревья редели, открывая нашим взорам каменистый берег. Фелл выбрал валун, выступавший из ручья, и опустил меня на покрывавший его зеленый мягкий мох.

— Дай посмотрю. – Он взялся за подол моего платья.

— Не. Смей. – Я шлепнула его по руке.

Позволить ему посмотреть туда – на меня… такого позора я не вынесу. Умру от стыда.

— Прекрати. – Он снова взялся за мой подол. – Теперь-то чего смущаться? Я уже видел все, что скрыто у тебя под юбками.

Я покраснела до кончиков ушей.

— Это не то же самое.

— Нет, не то же, – согласился он. – Мы сейчас одни. И я пытаюсь тебе помочь. Сама ты не справишься. – Он помрачнел. – Если б сказала раньше, я давно бы что-нибудь придумал.

— Раньше? А к тебе разве можно было подступиться? – вспылила я, снова шлепнув его по руке. – К тому же ты предупредил, что слабости не потерпишь, что мне придется научиться жить как вы. С какой стати я вообще должна была что-то тебе говорить?

Тяжело дыша, мы сердито смотрели друг на друга, и теперь у меня зудела не только ладонь. В груди что-то урчало, жужжало, сдавливало так, что хотелось положить туда руку.

Наконец он кивнул.

— Позволь помочь тебе. Прошу тебя, Тамсин.

Это было не требование – вежливая просьба. Я удивленно заморгала, услышав его смягчившийся голос. Глядя в поразительное лицо Фелла, я чувствовала, как моя решимость тает. Он был моим мужем. Неоспоримый факт. Меня терзала боль. Еще один неоспоримый факт. Если он способен помочь, я не должна ему препятствовать.

Я перестала стискивать подол платья и потянула юбку вверх по ногам. Мои ноздри раздувались от размеренного дыхания. Я отклонилась назад, дюйм за дюймом обнажая ноги, открывая их взору дневного света… взору колючих глаз Фелла.

Мы находились далеко на севере, где кусачий холод возвещал о надвигающейся зиме, но мне сейчас было жарко, тепло из груди разливалось по всему телу, будоража кровь в венах. Сгорая от стыда, я задирала подол все выше и выше.

Фелл опустил глаза и приподнял край нижней сорочки – последний барьер моей благопристойности. Его пальцы задели впадины под коленками, и я вздрогнула. Он накрыл ладонями мои округлые колени. Я ойкнула, почувствовав пульсацию в его руке, в том месте, где оставил отметину кинжал первосвященника. Это был не плод моего воображения. Я кожей ощущала вибрацию его горячего креста.

Он тоже это почувствовал.

Хмурясь, на мгновение отвел руку, тряхнул кистью, пошевелил пальцами, словно таким образом рассчитывал избавиться от странного ощущения. Затем, качая головой, снова взял меня за коленки и широко раздвинул мои ноги. С губ моих сорвался стон, ибо натруженные мышцы болью отозвались на это движение, а содранную в кровь кожу на внутренней стороне бедер и чувствительную промежность обдало холодом. Я проглотила всхлип. Но дело было сделано.

Я лежала перед ним во всей своей «красе». Теперь он видел меня такой, какой я сама себя никогда не видела. Вообще никто не видел. Лицо его оставалось безучастным. Вряд ли им двигала страсть. Сомневаюсь, что зрелище, какое я сейчас собой являла, вызывало у него вожделение. Только жалость. А быть может, и омерзение. Я зарылась пальцами в мягкий мох на валуне – силилась сохранить остатки собственного достоинства, находясь в столь неблаговидной позе.