Книга Лихие приключения вдовы со стажем, страница 65 – Елена Аркадьева

Никто не знает, жива она или нет. Возможно, она сбежала, и её преследуют те же люди, что соизволили дать «шанс на новую жизнь» Шарлотте Морис. А возможно, девушку держат в каком-нибудь тайном месте, и эти «доказательства» — просто игра, чтобы запутать следы…

— Значит, у нас есть возможность поговорить по-свойски с Шарлоттой, — задумчиво подытожила я добытую Марианной информацию. — Вдруг она раскроет интересующие нас факты? Мы же не полиция, в конце концов!

— Можно попробовать, — согласилась герцогиня. — Только надо тщательно продумать, как выстроить диалог. А чтобы не искать особый повод для встречи, предлагаю использовать городской фестиваль «Вкусная выпечка», который будет проходить в городе на следующей неделе. Возможно, дама, что печет самые вкусные пироги, будет участвовать в конкурсах на лучшего пекаря. Со своей стороны мы сможем выставить Дьяру, нашу кухарку. Она тоже отличный кулинар!

Наконец-то этот бесконечный день закончился. Дождавшись, когда в доме стихли все голоса, погас свет в комнатах прислуги, я смогла сделать свою секретную вылазку, которую планировала с раннего утра.

Переодевшись в найденные в гардеробе Катрин вещи — тёмные, удобные брюки, обтягивающие бедра, и свободную блузу из темного шелка, я повязала на голову «траурный платок», чтобы скрыть светлые волосы хозяйки тела. Странный выбор для женщины её положения, но, как я уже успела заметить, моя предшественница явно не была образцом чопорной леди, ведя собственное расследование гибели Дугласа Милтона.

Эти вещи, слишком практичные и смелые для светского раута, но слишком изысканные для горничной, только подтверждали мою недавнюю догадку: маркиза де Ланжерон была совсем не той, кем хотела казаться окружающим.

Я выскользнула через черный ход. Свет уличных фонарей лился ровным жёлтым потоком, превращая ночную темноту в удобные декорации. Крыши пристроек, как ступени великана, вели меня все выше и выше. Мои шаги были бесшумны, дыхание практически спокойное. Я сама удивилась своей ловкости: никогда не думала, что смогу так легко балансировать на черепице, цепляясь за водосточные трубы, пока не добралась до искомого окна мансардного этажа.

Оно было приоткрыто, что дало новую пищу для размышлений. Я ухватилась за раму, подтянулась и спрыгнула внутрь, в густую, пахнущую пылью и деревом темноту.

Первое, что бросилось в глаза, — конечно, телескоп. Он стоял на треноге у дальней стены, словно задвинутый за ненадобностью. Массивный, медный, с тусклыми блестящими линзами, он, безусловно, был знатным историческим артефактом в этой комнате.

Но не это заставило меня замереть от неожиданности.

В свете уличных фонарей я увидела диван: старый, потертый, но не пустой. На нём лежал сбитый плед, рядом стояла пустая чашка с остатками остывшего чая, а на подлокотнике висела мужская рубашка. Кто-то здесь жил или ночевал, причём с постоянной регулярностью. И это был явно не призрак Ардиама Лэмбери.

Следы человеческого присутствия были такими явными, будто хозяин этого убежища только что вышел и вот-вот вернётся.

Я перевела взгляд на стол, где лежали кипы бумаг: документы, исписанные мелким неровным почерком, какие-то чертежи, вскрытые конверты. И среди этого хаоса — небольшой портрет женщины, как две капли воды похожий на меня истинную…