Книга Лихие приключения вдовы со стажем, страница 40 – Елена Аркадьева

Без сомнения, здесь хранится много ценных, на мой взгляд, раритетов, и мои находки на мансардном этаже только добавили стоимости здешней коллекции.

Опять же, у меня создалось впечатление, что все эти произведения искусства воспринимаются в этой реальности как ничего не значащие безделушки…

Настораживала и реакция детектива на переданную мной недавнюю находку. Слишком много неподдельного восторга с его стороны зародило в моей душе закономерное сомнение: а действительно ли он лишь выполнял профессиональный заказ? Не было ли это личной заинтересованностью? И нахальное присвоение перстня как само собой разумеющееся, словно это естественное приложение к таинственной карте, натолкнуло меня на следующие выводы: Рик Нортон в курсе событий, происходящих вокруг дома «прозрачной леди».

Однако утро оказалось ещё более щедрым на «сюрпризы».

Сперва ко мне в спальню осторожно вошла горничная и, переминаясь с ноги на ногу, держа в руках слегка потрепанную бумажку, неуверенно произнесла:

— Госпожа, когда я разбирала гардероб покойного маркиза, то нашла в кармане его парадного камзола вот эту записку.

Взяв из её рук протянутый клочок бумаги, я прочитала следующее:

«Отец, не переживай, всё в порядке, ключ у меня».

Авторство сомнений не вызывало, писал пасынок, — это было очевидно. Просил не тревожиться, что дает нам повод предположить, что имела место быть какая-то проблема, решением которой мог стать некий «ключ», который Олаф забрал себе.

Что ж, «нарисовалась» ещё одна загадка! А не было ли это связано с той таинственной дверью, которую я обнаружила на мансардном этаже? Эта находка никак не давала мне покоя.

Поделиться своими доводами с детективом? Пока не вижу смысла. Сначала понаблюдаю, как оперативно он проведет расследование и добудет интересующую меня информацию об этом странном особняке…

Решив сегодня попытаться вызвать Марту на откровенный разговор, я сочла необходимым быть более бдительной и осторожной с прислугой, пока не буду точно уверена в безопасности хозяйки этого дома.

Но не успела я спуститься в гостиную, как туда, со всех ног вбежала служанка, вернувшаяся только что с рынка, и взволнованно начала выкрикивать последние новости:

— Госпожа, весь городок только и гудит, — она задыхалась от быстрого бега, слова её путались, — все только и говорят, как о самоубийстве господина Олафа де Ланжерона…

Пасынок?! Самоубийство?! А вот это действительно странно!

Во всем этом начала вырисовываться какая-то зловещая последовательность…

Я сидела на кровати покойного маркиза, с каким-то странным исступлением рассматривая злополучную картину, пытаясь понять, зачем усопший муж «прозрачной леди» держал это полотно перед своими глазами.

Наверняка он знал о карте, возможно, даже и о кольце, раз так легко было обнаружить тайник, изучив записи старинного раритета. Его женитьба на юной девушке тоже казалась обусловленной задачей заполучить доступ к этому дому. К тому же он заранее подготовился к своей смерти, присовокупив к брачному контракту дополнительное соглашение, дающее шанс его сыну отсудить у вдовы этот особняк.

Но зачем? Что скрывают эти стены? И почему такой интерес был проявлен со стороны маркиза де Ланжерона?

Однако за четыре года его жизни в этом доме, казалось, ничего экстраординарного не произошло. Или они с пасынком что-то пытались отыскать, но так и не нашли…