Книга Инг-Мари. Виртуоз магического сыска, страница 96 – Мария Дубинина

— Идем. – Эбби снова дернула Реми за руку. Фэйри сомневался, и Эбби буквально чувствовала, как он напряжен. Она почти повисла у него на руке, как капризничающий ребенок. – Ну иде-е-ем! Идем-идем!

И тут Ройс подписал себе приговор.

— Все вы одинаковые, – бросил он сквозь зубы. – Ведетесь на фальшивку. Дуры.

Реми хватило одного удара. Ройс упал на траву и схватился за челюсть, но, вопреки ожиданиям, не стал лезть в драку.

— Значит, так, Эбби? – спросил он и горько усмехнулся. – Следовало ожидать.

Он засмеялся, и Эбби стало жутко. Она прижалась к Реми, и он успокаивающе похлопал ее по плечу.

— Да, ты права. Идем отсюда.

По пути не разговаривали, но возле крыльца, под фонарем, Эбби немного задержалась, чтобы извиниться.

— Прости за Ройса. Я никогда не видела его в таком состоянии и не думала, что так может выйти. Все из-за меня, похоже.

Реми промолчал. Но когда Эбби уже собралась уйти, перехватил ее руку.

— Завтра в десять? – спросил он, когда пауза затянулась, и никто не спешил ее нарушать.

— Да, в десять.

Эбби высвободила ладонь и, попрощавшись, скрылась в доме. Сердце предательски колотилось, и ей совершенно не хотелось думать, что послужило тому причиной…

Утром, как условились, Эбби подошла к пропускному пункту. По случаю встречи с йоной Катериной она даже приоделась – откопала в недрах гардероба симпатичное темно-зеленое платьице с пышной юбкой-колоколом, рукавами, чуть прикрывающими плечи, и отложным белым воротничком. Не то чтобы сильно модное, но хотя бы сидит как влитое.

Ночью Эбби много думала и в итоге пришла к неутешительным выводам. Так что в чем-то Ройс был прав, пусть и существенно сгущал краски. Эбби повернула голову и увидела Реми, идущего к ней с другой стороны. Он что-то насвистывал, руки в карманах, рукава белой рубашки подкатаны до локтей, длинная коса перекинута через плечо.

Эбби невольно залюбовалась и тут же одернула себя. Нельзя расслабляться.

— Утречка! – издалека поприветствовал Инг-Мари. – А я иду и думаю, уж не моя ли это Лерой цветет и зеленеет? Я уже ревную к йоне Катерине. Для меня ты, помнится, так не наряжалась.

— Подожди, пока тебе не исполнится двести, – хмыкнула она, но слова Реми заставили ее смутиться. Оставалось только надеяться, что это не слишком заметно.

На этот раз они попали в Лэндон в погожий выходной день, и Эбби была вознаграждена возможностью лицезреть прогуливающихся по главной улице наряженных дам, гордо несущих свои пышные многослойные платья, прелестные маленькие шляпки и кружевные зонтики от солнца. Стайка юных большеглазых фэйри с веселым смехом перебежала дорогу перед их двуколкой, придерживая соломенные шляпки одной рукой и второй – приподнимая подол ровно настолько, чтобы не наступить на него, но и не показать лишнего. Реми изобразил, будто приподнимает шляпу, и девушки снова захихикали и помахали ему рукой.

— Ты любишь это место, да? – спросила Эбби, когда они свернули с оживленной улицы в переплетенье улочек поменьше. Стало чуть тише, звонкий цокот копыт, голоса и дребезжание рессор остались позади, двуколка, запряженная молодой гнедой кобылкой, неторопливо катилась по камням, негромко поскрипывая.

Реми ответил не сразу. Эбби сидела напротив и внимательно следила за выражением его лица, но оно оставалось поразительно безмятежным.