Книга Инг-Мари. Виртуоз магического сыска, страница 127 – Мария Дубинина

Эбби поджала губы и глубоко вздохнула.

— Да уж, это я знаю.

Ивон снова улыбнулась, будто солнышко выглянуло из-за туч.

— Тогда я все-таки заварю вам чаю. Да, Бенни? – Она поцеловала сына в макушку. – Вы же выпьете со мной чаю?

Эбби с искренним сожалением покачала головой:

— Мне нужно идти, но я вернусь, и мы закончим наш разговор.

— Тогда подождите секундочку, я только уложу Бенни, он к вечеру всегда такой вялый, и провожу вас до калитки.

Эбби не стала ей отказывать и прошлась по комнате в отсутствие хозяйки. Она старалась придать жилищу милый уютный вид, но все было таким старым или таким дешевым, что резало глаз. Зато фотографий было полным-полно! Они висели над диваном, тщательно выстроенные по какой-то модной системе, стояли в рамках на полках и столе. Почти на всех карточках были Ивон с сыном или один мальчик в разные моменты своей короткой жизни, но встречался и Гиббсон – важный от того, что держит на руках внука. Эбби подошла ближе, засмотревшись на кадры чужой жизни, и тут ее как громом поразило.

— Он всегда так быстро засыпает. – Ивон вышла из детской и тихонько притворила дверь. – Вы в порядке, Абигейл?

Эбби даже не сразу поняла, что ее называют по имени.

— Да, все, – она сглотнула, – нормально. У вас чудесный сын. Это его отец? Он выглядит счастливым.

Она кивнула на фото, чувствуя, как комок в горле становится все туже и горше, его уже с трудом получалось сглатывать, и Эбби хотелось как можно скорее бежать отсюда прочь, пока она все не испортила.

Но Ивон и сама была не рада новой теме. Погрустнела и неловко обхватила пальцами правое запястье.

— Это не он. Это просто… Просто друг.

Только так на друзей не смотрят. Ивон буквально пожирала снимок глазами, и нетрудно было догадаться, как этот мужчина ей дорог. Был, а может, и сейчас тоже.

С некоторых пор Эбби ожидала от своего «мертвого» жениха любых неожиданностей.

Ивон проводила гостью до порога и помахала рукой на прощание.

— Я скажу папе, что вы заходили, он будет рад любой помощи! – крикнула она.

— Не стоит, – отозвалась Эбби. – Лучше пусть будет сюрприз.

Наивная девушка улыбнулась и помахала еще раз, когда Эбби тормозила такси. От вынужденного обмана немного мутило, но хуже всего было улыбающееся лицо Дэниэла на фото. Почти такой же снимок был и у Эбби, тот, где они с ним счастливые, обнимаются и смотрят в объектив с одинаковыми улыбками. Это было до Ивон или после? Или одновременно? Эбби смахнула слезу со щеки и попросила водителя высадить ее немедленно.

Вечерние сумерки медленно сменялись темнотой, густой и душной, как растопленная смола. Над головой уже загорелись первые звездочки, фонари с земли подмигивали им желтыми глазами. Эбби расплатилась и пошла дальше пешком, медленно растворяясь в сгущающейся тьме. Летние ночи, они такие – горячие и темные, такие темные, что их непременно нужно проводить с кем-то, чтобы не потеряться в одиночестве. Эбби брела знакомыми тротуарами и совсем не боялась потеряться. В городе ее найдут, но гораздо сложнее было выбраться из лабиринта мыслей, который она создала в своей голове. Вот где настоящий ад, мрак и безысходность.

Она снова обманута, и от этого уже даже не грустно, просто болит в груди.

Эбби вовремя успела понять, что это не только ее субъективные переживания, но и вполне реальные ощущения, когда шаги за спиной, которых она до последнего не замечала, ускорились, и над головой что-то со свистом пронеслось. Только инстинкты и вбитые в тренировочном зале рефлексы помогли ей уйти из-под удара. Она отскочила, развернулась, и в этот момент татуировка пронзила шею резкой острой болью. Эбби вскрикнула, выгнулась, но крик за спиной был куда громче ее собственного. Напавший уставился ей за плечо, уронил биту и бросился бежать. Эбби повернулась и увидела, что сзади к ней подкрадывался второй мужчина, только вот добраться он так и не сумел. Голубоватое свечение охватило его жилистую фигуру и подняло над землей. Он уже не кричал, однако рот был искривлен в беззвучном вопле.