Книга Раз попаданец, два попаданец, страница 126 – Мария Дубинина, Сора Наумова

* * *

После отказа старейшин и конфискации ключей Бьорн как-то неожиданно поник. Нет, выглядел он, как обычно, веселым, шутил, байки какие-то рассказывал и периодически подтрунивал то над Дэйси, то над заглядывающим в гости Ингваром. Но в бесенячьих глазах чего-то не хватало. Видимо, той самоуверенной искры, которая так зацепила меня в первые наши встречи. Словно ему крылья подрезали и выпустили из клетки. Выспавшись, я была полна решимости потребовать от Бьорна частных уроков магии, но когда вышла из спальни, он сидел на лавке и строгал что-то ножичком с таким видом, будто ночью, пока я спала, случился локальный конец света. Поздоровавшись, я вышла на задний двор, где накануне видела скромные деревенские «удобства», а когда вернулась, обнаружила Бьорна все в той же унылой позе, только стружек на полу прибавилось. Я молча присела рядом, не зная как себя вести.

— Не понимаю. — Мужчина запустил руку в волосы, взлохматив пучок мелких косичек. Ингвара не было, он ушел по каким-то своим делам, а Дэйси убежала на базар за продуктами. Мы были одни, и Бьорн, неожиданно для меня, снял свою маску беззаботности. — Почему старейшины вдруг передумали? Ведь была же договоренность.

Это было настолько на него непохоже, что я даже растерялась. Но вопрос беспокоил не только его, моя судьба тоже зависела от решения старейшин идти или не идти к терминалу. Пусть даже у нас не было третьего ключа сейчас, рано или поздно мы бы его раздобыли.

— А что, если они с самого начала не хотели открывать терминал? — Я подсела поближе и, наклонившись, заглянула Бьорну в лицо. Мне вспомнился Совет магов в Инарии. Они стерли все упоминания о пророчестве, потому что хотели подмять власть под себя, боялись, что легендарный «воин» нарушит все их планы. Может, и у этих то же самое? — И, чтобы обезопасить себя, предпочли забрать ключи. И ты безропотно для них достал необходимое.

— А ты, голубушка, оказывается, можешь иногда соображать, — хмыкнул патлатый и потянулся к моему лицу, но я, наученная Лоуренсом, ловко отбила руку.

— В вашем отвратительном мире все мужчины такие… заносчивые? — фыркнула я.

— А в твоем мире они… лучше?

Прежде чем ответить, я задумалась, и, видимо, зря. Сейчас, находясь далеко от родного мира, нахваливать его казалось проще простого. Вот только не мы ли с подружками, собираясь где-нибудь в парке на лавочке, костерили на чем свет стоит нашу сильную половину человечества? У Маринки отец пил, выносил из дома последние деньги, лишь бы достать бутылку, а младший брат, едва окончивший школу, явно торопился пойти по его стопам. Мать вкалывала как проклятая, лишь бы прокормить семью и не дать им умереть с голоду, когда папаша в надежде заполучить бутылку находил спрятанную от него заначку.

Светка не раз платила за своего ухажера в кафе, а под конец их отношений вообще отбила (в прямом смысле, ногами и руками) его у кредиторов, которым он задолжал энную сумму. Именно после этого случая она с ним и рассталась, только он потом еще несколько месяцев преследовал ее и слезно просил дать еще один шанс. А Дашкин парень, высокомерный, самовлюбленный сноб, почти без стеснения заводил на стороне интрижку за интрижкой, а потом как ни в чем не бывало предъявлял подруге претензии за то, что она, мол, кому-то улыбнулась.