Книга Попаданкам закон не писан!, страница 51 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Но Вилмар, видимо, считал иначе. Когда я закончила мытье, стерла макияж, вытерлась, переоделась в чистое легкое платье, а мокрые волосы собрала в пучок на макушке и вернулась в комнату, он сидел красный как помидор. А мне было хорошо, хотя бы потому, что вода из крана всегда текла горячая и чистая. Невероятное ощущение.

Я села на соседнюю кровать, как послушная девочка. Форму пришлось замочить прямо в ванной, а деньги, ровно пять золотых монет, я из кармана переложила в шкафчик. Оставшиеся пять, наверное, перекочевали второму спорщику. Жаль, но даже так лучше, чем ничего.

— Прости, что в очередной раз тебя подвела. Зато я справилась с заданием, – я улыбнулась настолько широко, насколько сумела. Победа грела мне все, что только могла греть. Особенно горели икры, от такого марш-броска наутро точно будет ломить все тело. Но меня все равно распирало от радости.

— Ну да. Продемонстрировала всему курсу голые колени и нижнее белье. Стыд и позор. Давай поговорим о правилах приличия, раз ты хотела. Первое! Незамужняя девушка никогда не должна показывать мужчинам голые ноги выше середины лодыжек. И второе! Нижнюю юбку не носят только прислуга и куртизанки.

— Динозавры, – обреченно подытожила я. – Нижняя юбка душная и неудобная. Бегать в ней я бы точно не смогла, и никто не предложил мне отчего-то свои штаны.

— Поэтому девушкам и не место на боевом факультете!

— Но Тильда же на боевом! – возразила я. – Почему ей можно, а мне нельзя?

Вилмар замолчал. То ли крыть было нечем, то ли готовился сказать что-то другое.

— Я прибыл с другой стороны, наши обычаи отличаются, но в одном мы схожи. Мужчины всегда воевали и защищали простых людей, женщины рожали детей и содержали дом в порядке. Так было всегда и мало что менялось век от века. Если ты собираешься идти против течения, будь готова, что тебя снесет и потопит.

Я не стала ему рассказывать про феминизм. Зачем травмировать нежную мужскую психику?

— Ну-у-у, я, конечно, постараюсь к этому привыкнуть, но на боевой факультет все равно попробуюсь. К тому же ты обещал мне что-то спеть. Это, конечно, не десять золотых монет, но тоже приятный бонус.

— Значит, деньги все-таки взяла, – не сильно-то удивился Вилмар и сурово сдвинул брови. Когда он хмурился, мне неосознанно хотелось сделаться еще меньше, чем я есть, хотя проще сразу исчезнуть.

— Ну а что делать? Я же их честно выиграла.

— Ты выставила себя на посмешище, Катерина, – укорил он меня. – Пообещай, что впредь такого не выкинешь.

Ага, надо было выкинуть десять (точнее, все-таки пять) золотых, на которые я теперь могу… ну не знаю. В магазин сходить когда-нибудь. Вслух я этого не сказала, чтобы еще больше не разозлить своего надзирателя. Опустила очи долу, как примерная девочка, и, как назло, тут же нос зачесался. Ну вот все не вовремя, все!

Вилмар испустил еще один тяжкий, полный неодобрения вздох.

А за окнами тем временем успело стемнеть. Пока я купалась, рассеянные вечерние сумерки сгустились и небо стало фиолетовым, как разлитые чернила. В комнате горел одинокий светильник-будильник, и обстановка резко становилась чересчур интимной. Вилмар сидел на краю постели, чуть наклонившись вперед и уперев ладони в широко расставленные колени. В воздухе витал едва ощутимый мужской аромат, и я поняла, что надо как-то стимулировать затухший разговор, пусть даже он и больше походил на отповедь.