Книга Серебряный змей в корнях сосны 4, страница 160 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Он поднял наполненную до краев пиалу, чтобы выпить ее с друзьями, с которыми прошел через многое. Они ценили друг друга и ненавидели, доверяли и разочаровывались, хотели убить и спасали, рискуя жизнью. Три года, вместившие в себя все, чего Хизаши был лишен двести лет, в конце концов, окупили все. Если бы маленький Ясухиро мог чувствовать себя частью этого, если бы Хироюки мог опереться на чье-то плечо, когда не хватало сил – все бы сложилось иначе. Однако Хизаши больше не собирался сетовать на судьбу, ведь она в итоге привела его сюда, в эту наполненную смехом идзакаю в тени укрытой снегом горы.

«Пусть в новой жизни, мой брат, тебе будет с кем разделить кувшинчик сакэ, – подумал он. – Этот глоток за тебя».

Глубокой ночью по пути в рёкан Хизаши вдруг почувствовал что-то знакомое и остановился. Плавно сыпали с неба снежинки, оседая на его белых волосах, стянутых в хвост алым шнурком, цеплялись за длинные ресницы Кенты. В городе погасили почти все огни, но взгляд Хизаши уже уловил преследующую их тень.

— Кое-кто хочет с тобой поговорить, – обратился он к Кенте и подтолкнул его в спину. – Иди, я подожду.

Хизаши отошел подальше, но, так уж вышло, ясно слышал каждое сказанное слово.

— Чиёко-тян? – удивился Кента. – Откуда ты здесь, да еще так поздно?

Ее голос звучал тише.

— Не хотела нарушать ваше единение с друзьями, – ответила она, и Хизаши ощутил на себе ее взгляд, но сделал вид, что просто любуется зимними звездами. – Но и не подойти не могла.

— Как ты? Как живешь теперь?

— Я вернулась в семью, мне еще столькому надо научиться, чтобы делом отблагодарить своего небесного покровителя Адзи-сики-така-хико-нэ за помощь. Никто не знает, что я здесь, мне надо поскорее вернуться, но… Скажи, Кента-кун, появился ли у тебя ответ для меня?

Снежинки падали медленно и красиво, и время тянулось, точно завороженное их холодным танцем. Чиёко ждала, а Кента не спешил ничего обещать.

— Прости, Чиёко-тян. Я чувствую, что мое предназначение в том, чтобы очистить земли от влияния Ёми после всего того, что успел натворить Хироюки. Это наш долг. Мы еще столько должны сделать, стольким помочь, во стольких местах побывать. – Кента замолчал, но вскоре продолжил виновато: – Мне жаль, что я не могу остаться с тобой сейчас. Быть может, судьба снова сведет нас, но если к тому моменту ты будешь счастлива, это станет великой радостью и для меня.

— А если я все еще буду ждать? – тихо спросила она.

Хизаши не услышал слов Кенты, потому что не хотел. Решали ли за них боги, кому какой путь уготован, или они вырвали себе свободу выбирать самим, время покажет.

— Ты ведь и правда мог остаться, – сказал он Кенте, когда тот присоединился к нему по дороге в рёкан. – Эта шаманка хорошая девушка. Завел бы семью, мать бы порадовал.

— Матушка рада, что я жив и что живу достойной жизнью. Однажды, верю, путь приведет меня к порогу дома, но пока он еще только начинается.

Они посмотрели на цепочку огней, опоясывающую гору Тэнсэй. Хизаши подумал о том, что в этом была своя ирония – школа, которая должна была дать ему шанс снова стать ёкаем, дала ему друга, дороже которого нет ничего на свете. А вот о чем думал Кента, Хизаши спрашивать не стал. Он чувствовал его – и этого было достаточно.

— Утром двинемся дальше, – сказал Кента.