Книга Серебряный змей в корнях сосны 3, страница 149 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Я не понимаю, – пробормотала девушка, опустив взгляд на свои руки. – Как я могла забыть?

Чиёко стояла за спиной Куматани Сугуру, и их фигуры будто стали продолжением друг друга. Ее тонкие пальцы легко касались того, чего невозможно было коснуться, – его души. Их окутывало слепящее сияние, погасшее тогда, когда юная итако разжала пальцы. Пещера снова потемнела, дрожал только негреющий огонек костра на костях. Чиёко судорожно вдохнула, и взгляд ее прояснился.

– Слушай, что я скажу, – велела она не своим голосом. – Я сделаю это лишь один раз.

Ее слова в тишине падали тяжело, точно камни, Кенту погребало под ними. Он не мог поверить, что все это по-настоящему, так же, как не мог до конца понять смысла. Чиёко сделала паузу и более тепло, по-человечески, закончила:

– Я не бросал вас. Я вас любил.

Все было именно так, и то, что передала застрявшая во тьме Ёми душа, стало ключом к спасению. Отец, отдавший жизнь в надежде помочь своему ребенку, спустя только лет все же смог это сделать. Его отчаянное послание нашло проводника.

— Папа, – проронил Кента, и глазам стало горячо.

За него плакала Чиёко, слезинки скатывались по ее щекам и срывались с дрожащего подбородка. Она казалась такой несчастной и такой одинокой в том, что могла почувствовать и осознать лишь она одна. Невеста ками, говорящая с мертвыми.

— И все же… – начал Мадока, и тогда уже Хизаши просто сунул ему кулак под нос, и тот напряженно засопел, но заткнулся.

— Мою бабушку звали Чинацу, – глухо заговорила Чиёко. – Она была сильной итако, но не настолько, чтобы не потерять зрение. Она была мне ближе, чем мать, и умирая, она сказала, что часть ее навсегда останется со мной. Я не удивилась, ведь те, кто видит мертвых, не так страшатся потери. Однако бабушка Чинацу говорила вовсе не об этом.

— Она передала тебе свои силы? – угадал Учида.

— Верно. И не только их. После ее смерти мне стало тесно в своем клане, я чувствовала, что предназначена для чего-то большего. И я сбежала из дома. – Ее взгляд обратился в прошлое. – Стала мальчиком по имени Томоё, пока родственники повсюду искали меня и порой были ближе, чем сами думали, ведь тогда в замке Мори мы почти пересеклись, но удача осталась на моей стороне. И я встретила Кенту. В тот миг я сразу ощутила, – она невольно улыбнулась, – будто знаю его много лет.

Кента поймал ее теплый взгляд и тоже улыбнулся. Она продолжила:

— Путешествие, из которого я вернулась накануне этой истории с демоническим мечом, помогло мне во всем разобраться. Кента-кун, – она твердо посмотрела ему в лицо, – я узнала тебя не так давно, но все же нас кое-что связывало уже много лет.

— Я знаю, – неожиданно для самого себя кивнул Кента. – Твоя бабушка была той шаманкой, что помогала родителям создать эти четки, охраняющие меня от зла.

— И той, кто принял последний вздох твоего отца.

Этого Кента не ожидал, и боль, что он испытал, услышав историю Ниихары-сэнсэя, накрыла с новой силой. На этот раз рядом был Хизаши, его ладонь легла на спину, будто стремясь удержать от падения.

— Прости, но это моя бабушка по просьбе твоего отца привязала его душу к этому миру. И он не отправился на перерождение, а угодил в плен Ёми, – призналась Чиёко. – Его желанием было не покидать мира живых, пока он не сможет спасти своего сына.