Книга Серебряный змей в корнях сосны 2, страница 32 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Голова забилась сильнее, но будто в ответ на сопротивление вьюн сжал смертельные объятия, и шипы глубже вошли в плоть. И Кента рядом тихо охнул – тонкие стебельки растения запульсировали красным, и стало видно, как по ним из хитобана утекает кровь и энергия.

— Что это за мерзость такая? Она питается им!

Хизаши тоже заметил и порадовался, что никому из них не пришла в голову самоубийственная идея подойти к деревьям поближе. Лучше уж хитобан-людоед, чем они.

Ватару понял, что помощи не дождется, и принялся грязно ругаться, однако недолго. Висящий веткой ниже бордовый плод зашевелился, длинный стебель извернулся, поднимая его вверх, и плод медленно раскрылся, как огромный бутон. Пахнуло сырым подгнившим мясом, и из сердцевины «цветка» показался крохотный человечек с полупрозрачной серой кожей. Он высунулся по пояс, потянулся к хитобану, и тот заорал во все горло, предчувствуя свою смерть.

Хизаши не успел и дернуться – причем в обратную сторону, – как мимо пролетел обездвиживающий талисман и угодил точно на спину жуткого человечка. Лепестки схлопнулись, и плод уныло обвис, а плети вьюна ослабили хватку. Хитобан почувствовал свободу, рванулся из пут, но едва отлетел от дерева на пару шагов, камнем рухнул на землю.

Хизаши опасливо приблизился и легким пинком откатил голову подальше.

— Ну вот, нашли мы его, и что теперь делать? – проворчал он, косясь на застывший плод на мертвом дереве. – Это была твоя идея, так что…

Он заметил, что Кента все так же стоит на месте, словно завороженный недавно представшей перед ними картиной. В лице ни кровинки, да и, впрочем, много ли в ночи разглядишь?

— Кента! – позвал Хизаши и, решив, что хитобан в таком состоянии далеко не улетит, подошел ближе. – Кента, хватит.

Он толкнул его в плечо, на что Куматани медленно поднял на него пустой взгляд.

— Это же не ко-дама? – спросил он, имея в виду души деревьев, которые, как известно, рождаются и умирают вместе с деревом. – Эти… Они же не могли стать такими?

Серые уродливые человечки как будто выбрались из самых темных глубин Ёми, где даже света от демонических костров никогда не бывало. Чтобы опознать в них ко-дама, надо обладать особыми способностями, и Хизаши бросило в жар.

— С чего ты взял? Разве они похожи на них?

Кента помотал головой, сжал пальцами виски и глухо произнес:

— Не надо врать. Ты знаешь, что души деревьев не погибли, а переродились в этих чудовищ.

— И что? – бросил Хизаши уже другим тоном. – Какое это сейчас имеет значение? Я объяснил тебе, насколько может быть опасно проклятое место. Или ты совсем испугался?

Он протянул руку, чтобы хлопнуть Кенту по спине, но тот с силой оттолкнул Хизаши.

— Здесь все страдает, понимаешь? Все вокруг мучается! Разве ты не чувствуешь?!

Хизаши медленно выдохнул, потом сложил веер и хлестко ударил им Кенту по щеке. На коже сразу появился багровый след.

— Перестань орать на меня, – холодно произнес он. – Возьми себя в руки, или я брошу тебя и пойду дальше сам. Решай.

Глаза Кенты расширились от боли и удивления, но потом прояснились, посветлели. Он потер щеку и походя коснулся нитки бус на шее в поисках успокоения. Хизаши охнуть не успел, как Кента низко склонился перед ним.

— Я прошу прощения за свою несдержанность! Мне стыдно, что я так опозорился в твоих глазах, Хизаши-кун. Я повел себя недостойно.