Книга Академия превращений, страница 97 – Ирина Фельдман, Юлия Фельдман

В Соловьином бельведере кто-то был. Мужчина. Он стоял к нам спиной, и я не разобрала, кто это.

— Ой, здесь занято, – вякнула я.

— Это со мной.

Так, мне это уже не нравится. Они что, будут устраивать перекрестный допрос? Мы так не договаривались!

Отступать было поздно. Я зашла в беседку, тихонько поздоровалась с незнакомцем и села на скамейку. Тот даже не повернулся. Скрывая волнение, я устроила рядом сумку и начала расправлять на ней свою куртку. Инспектор не стал садиться, он опять встал слишком близко ко мне. И все молча.

Повисшая тишина стала меня напрягать. Как долго мы будем играть в молчанку? Может, они ждут мою инициативу? Постараюсь привлечь их внимание.

— Говорите, я вас слушаю.

Я вскрикнула, когда инспектор резко вцепился пятерней мне в голову.

— Умница. А теперь спи.

Не успела я ничего сообразить, как меня затянуло во тьму.

Болела шея. Сильно, как будто в нее воткнули острый предмет. Жгучая боль расплывалась аурой, переходя на спину и ключицу.

Вообще странно, что я понимала, какая именно часть тела меня беспокоит. Больше ничего не чувствовала, пошевелиться не пыталась. Да и не особо-то хотелось шевелиться. Несмотря на не самые приятные ощущения, сон по-прежнему был сладок.

Послышался слабый шлепок. По-моему, это удар по лицу… Или показалось?

Новый шлепок был звонче, и боль от него словно осколками стекла разлетелась по щеке.

С жалким всхлипом я открыла глаза. В полумраке разглядела черты Бартоса, и сон как рукой сняло.

Все-таки он все знал!

Стоило ему чуть наклониться, как у меня сработал инстинкт самосохранения. Мой кулак угодил ему в скулу. Только спустя мгновение поняла, какую ошибку совершила – в ответ может удар похлеще прилететь! Терпя боль в шее, я съежилась в скрипучем кресле… кресле?

Шипя, Бартос потер ушибленное место.

— Офигела?!

— Так вам и надо!

Тот покачал головой. По его губам пробежала насмешливая ухмылка.

Чуть дыша, я таращилась на него, как загнанная в угол мышь на кота. И без того несвязные мысли перепутались и затянулись в тугой клубок, распутать который с первого раза не представлялось возможным. Я опустила ладони на деревянные подлокотники и услышала сухой стук. Присмотрелась.

Мое запястье обвивал металлический браслет с тусклым свечением малинового цвета. Просто так браслет не снимался, и ничего похожего на застежку или хотя бы кнопку у него не было.

Я метнула в Братоса полный презрения взгляд.

— Что это?!

— Ну-ну, зачем так грубо? Не по душе пришелся? Странно, обычно девочкам нравится розовый.

— Перестаньте! Ваши шутки неуместны. И лучше вам отпустить меня сразу, иначе вам придется ответить за мое похищение!

— Хм. Значит, тебя похитил я… А кто же тогда похитил меня?

Явно наслаждаясь моим замешательством, Бартос приподнял правый рукав пиджака и продемонстрировал точно такую же железяку.

— Это тебе не какие-то браслетики-неразлучки для влюбленных. Я сам не в восторге.

— Так я вам и поверила! – воскликнула я. – Вы хотите ввести меня в заблуждение. Чтобы я, считая вас товарищем по несчастью, разболтала все, что знаю. Не прикидывайтесь белым и пушистым, вам это не идет.

Бартос зачем-то повторил: «Белым и пушистым». Наверное, впервые столкнулся с этим фразеологизмом.

Тем временем я встала и попробовала пальцами размять шею. Сколько же я спала, раз она так затекла?