Книга Академия превращений, страница 142 – Ирина Фельдман, Юлия Фельдман

Бартос яростно пнул перевернутое кресло.

— С вашими способностями его уже могли давно раскусить. Силенок на нормальное волшебство у вас нет.

Не хотелось этого признавать, но мы оставили мастера Антонеску на произвол судьбы. Наверняка его уже разоблачили. Бартос не одобрял решение друга действовать на свое усмотрение.

— Вот болван, сначала действовал в одиночку, теперь понадеялся на помощь первокурсников… Я иду за ним.

— Один?

Бартос неожиданно заговорил с нами серьезным тоном:

— Девушки, вы сейчас же бежите к мастеру Горацику. Телефон вдребезги, позвонить я ему не могу. Знаете, где он живет?

— Знаем, – кивнула Маришка.

— А он точно не заодно с менталистами? – заволновалась я. – Его друг, инспектор Имрих, заманил меня в ловушку.

Рас осторожно тронул меня за плечо.

— Оля, неужели ты не догадалась? Это была Николис. Она просто воспользовалась обликом инспектора, чтобы запутать тебя. Он не волшебник и поэтому не смог бы наложить на тебя сонные чары или ввести в транс, а она, как видишь, это умеет… Вот тьма!

Парня неподдельно передернуло.

— Получается, это я с ней тогда целовался? С Гнездом?!

Ну вот, еще минус одна загадка. Бедный Рас, как неловко-то вышло…

— Надеюсь, не в Образе инспектора? – невинно поинтересовался Бартос.

— Нет!

— Ну и ладно. Не сбивайте меня с мысли: девчонки идут к декану, Тео я попрошу проводить меня в его школу, остальных я не могу заставить идти со мной.

— Но и препятствовать нам вы не можете, – подхватил Рас. – Мы взрослые и сами решаем, как нам поступить. Я тоже иду.

Бартос не стал возражать.

— Как знаешь, извращенец. А с этими молодцами я разберусь прямо сейчас, пока полностью в себя не пришли.

Мы с Маришкой чуть не столкнулись в дверном проеме, одновременно кинувшись в коридор. Мы обе не хотели это видеть.

Судя по сдавленным воплям, мастер Бартос «забыл» о белой сфере.

Мастер Горацик жил в противоположной стороне от Портального дома. Маришка перед выходом специально для меня проговорила номер дома и особую примету – большую именную табличку на двери.

— Это на всякий случай, – понизив голос, уточнила она. – Горацик реально может помочь, вот только надо до него дойти хотя бы одной из нас.

— Обе дойдем, – шикнула я. Нечего заранее настраиваться на неудачу.

Мы с Маришкой, не жалея сил, побежали вниз по улице.

Была глубокая ночь, деревню слегка подсвечивали лишь несколько массивных фонарей. Их свет был настолько тусклым, что вряд ли бы мог проникнуть в наглухо зашторенные окна. Вроде и не совсем темно, и жителям спать не мешает, в любой другой день я бы приятно удивилась такой предусмотрительности, но сегодня меня этот полумрак нервировал. Когда же наконец рассвет? Наивно, но безумно хотелось верить, что первые солнечные лучи способны развеять бесконечный ночной кошмар.

А в том, что ни одна душа не поспешила к нам на помощь, заслышав душераздирающие крики из дома Бартоса, не оказалось ничего удивительного. Мастер давно поставил себе чары, гасившие любые звуки из его жилища. Мол, музыку он любит громко слушать, меломан фигов.

Свернув сразу за ратушей, мы сбавили темп. Спортсменки из нас никакие, так что усталость быстро дала о себе знать. Нам даже было невмоготу глянуть время на башенных часах. У меня нещадно кололо в боку, но сойти с дистанции – значит всех подставить.