Книга Игры кошачьей богини, страница 143 – Ирина Фельдман

Весь зал окутал золотой вихрь, такой яркий, до боли в глазах. Я зажмурилась, но свет резал сквозь веки. Непрекращающийся шелест превратился в гул, от которого голова стала невыносимо тяжёлой.

Меня зашатало. Замутило. Я вытянула руки и, наткнувшись на что-то твёрдое, с благодарностью на это оперлась. Кое-как разлепила веки.

Стена. С ярким рисунком в стиле древних египтян: жуткая женщина с головой кошки держит на руках зверюшку, похожую на котёнка.

Я коротко выругалась и убрала руки.

Нет, этого не может быть. Нет…

Оглядываясь, я не сразу заметила, что открыла рот от удивления. Передо мной раскинулся интерьер то ли древнего дворца, то ли храма. На стенах фрески с сюжетами, в которые не сразу въедешь, в каменных кадках – живые пальмы. В центре – раскрашенная статуя в виде той же особы с кошачьей головой, лежащая в окружении каменных кошек и котят, как мать большого семейства.

Не испугавшись вторжения, пятнистая кошка стала тереться о мою юбку. В любой другой ситуации я бы наклонилась и потискала дружелюбную кису, но я была раздавлена негативом.

Меня утащили на тысячи лет назад.

Мне уже доказали, что спасение мира доверили не тому человеку.

Бен. Что с ним? Он мёртв?! Я больше никогда его не увижу… И родителей… И Скай… Всех, кого так сильно люблю.

Не успела я подумать о собственной незавидной доле, как меня окликнула Неферпсут:

— Покажи ей своё почтение, дура. Священное животное оказало тебе честь, а ты ею пренебрегаешь.

Нехотя я нагнулась и без восторга потрепала кошку по макушке.

— Цени мою доброту к тебе. – На самом деле в голосе царевны не было ничего похожего на проявление доброты. – Если бы не твой дар, ты бы сейчас не оскорбляла своим присутствием мой храм. Я ненавижу тех, кто меня разочаровывает.

— Ты всё уничтожила… всех…

— Не уничтожила. Исправила.

Золотистое свечение коснулось её платья, и оно в несколько секунд изменило покрой, более соответствующий эпохе и месту. Велев мне следовать за ней, она покинула помещение. Не находя себе места от ярости, я смотрела ей в спину, мечтая схватить её за волосы и со всей дури долбануть башкой об колонну или об какую-нибудь крепкую статую.

А злить её нельзя. Если она избавится от меня раньше, чем планировала, я точно не успею ничего придумать.

Слабое утешение. Стив, такой умный и начитанный, а всё же не успел предотвратить катастрофу, которую сам предсказал. Что уж обо мне говорить.

Я сбавила шаг. Две львицы, ранее мирно дремавшие, встали и ленивыми шагами приблизились к жрице кошачьей богини. Неферпсут погладила обеих, сказала им что-то ласковое на древнеегипетском и пошла дальше. К счастью, мне в этот раз не предложили засвидетельствовать своё почтение крупным кошкам.

— Куда мы идём?

— Туда, откуда всё началось. Хочу увидеть своего убийцу и покарать его.

Я поморщилась, едва представив, как будет верещать от боли и молить о пощаде несчастный. Вряд ли месть убитой царевны свершится быстро и без мучений.

Святилище поражало размерами. Статуи Бастет были выше человеческого роста в несколько раз и то не доставали кончиками кошачьих ушей до потолка. И повсюду непонятные рисунки и письмена.

Застоявшийся запах благовоний. Треск огня в светильниках. Как ненужное напоминание о том, что всё по-настоящему.

Неферпсут отошла в дальний угол и устроилась в нише за одной из статуй, на плоской подушке. Мне же велели сесть у ног.