Книга Игры кошачьей богини, страница 119 – Ирина Фельдман

Оба были на редкость спокойны. Бен даже не выпендривался, когда ему перед завтраком принесли чистую одежду. Оза, чью ж ещё. Прекрасный повод для бешенства, и при этом обычно принципиальный Бен умудрился сохранить лицо. Раз речь зашла о шмотках, мне тоже кое-чего перепало, как-никак здесь ждали моего появления. Однако я от всего отказалась по одной причине: с размерчиком до такой степени не угадали, что не осталось манёвров для ушивания. Никто ведь не предполагал, что новая жрица худенькая кнопка. Мне-то пофигу, а Бен, кажется, действительно расстроился. Я же навязалась вместе с ним навестить Хантов, и мой внешний вид мог запросто вызвать у них шок. Ещё скажут, что в бродячем цирке меня подобрал.

А вот и не скажут. Пусть знают всю правду. По-моему, лучше поверить в чудеса, чем думать, что сын, гордость и отрада семьи, потерял не только память, но и совесть, удрав из отчего дома.

Оз не вышел нас провожать. Ну и не надо, и так большое одолжение сделал, предложив воспользоваться своим экипажем.

Я обернулась на прощание. Несмотря на то что особняк был большим, мне не составило труда заметить в окне черноволосую девушку, пристально разглядывающую двор.

Неферпсут следила за мной.

Не останавливает, значит, прятаться нет смысла. Найдёт.

От осознания масштаба ловушки я на автомате позволила Бену помочь мне забраться внутрь экипажа. Очнулась только тогда, когда услышала, как он назвал кучеру незнакомый адрес.

— Куда мы едем? – Я побоялась напрямую говорить, что это не дом его родителей.

— К Джону. Думаю, не помешает разузнать обстановку.

К Джону? Этому гадкому типу?! И ради него стоило сбегать от Оза и Неферпсут?! Да он же ненавидит Бена и радуется всем его промахам.

— Я бы не рассчитывала на его помощь.

— Я тоже в этом плане не обольщаюсь, однако он не упустит шанса позлорадствовать. Сочтём его зубоскальство за помощь.

Спустя несколько минут мы выехали на оживлённую улицу. Как знакомы эти звуки, запахи… Даже почудилось, будто узнала отдельных торговцев и попрошаек.

И одновременно всё по-другому. Все кому не лень стремятся заглянуть внутрь нашего экипажа, некоторые выворачивают шеи и тычут пальцами. Неужели такой фурор произвела я? Не поймут, наверное, бедные, кого везут, проститутку или клоуна. Тётка, болтавшая с торговцем пирожков, вдруг увидела меня и крикнула: «Смотри, экая обезьяна!» Шайка уличных мальчишек с улюлюканьем бросилась за нами вдогонку.

Вскоре внимание стало таким давящим, что я прижалась боком к Бену и опустила глаза, лишь бы не видеть любопытных и осуждающих рож.

— Варя, что с тобой? – тихонько спросил Бен.

И не обнял. Оно и понятно, стыдно фамильярничать на виду у других.

— Люди… придурки, – прошипела я.

— Да, люди любопытные и злые, поэтому я не хотел брать тебя с собой. Не только из-за мамы.

И это они мои штаны вряд ли разглядели. То, что у меня непокрытая голова с распущенными волосами, пёстрая рубашка и руки без перчаток, уже достаточно агрило толпу.

— Прости, – я всё ещё не решалась отвести взгляд от своих колен. – Из-за меня они и о тебе думают плохо. Джентльмен не посадил бы рядом с собой неприличную девку.

Я почувствовала на руке кожу его перчатки.

— Увы, люди судят по внешности. Никому нет дела до твоей души, если она не упакована должным образом.