Книга Учись или умри до конца, страница 96 – Светлана Волкова, Мария Дубинина, Сора Наумова

— А если нечетко? – осторожно поинтересовалась я. Что-то вся эта ситуация с уборкой нравилась мне все меньше и меньше.

— Ну … – уборщик замялся, – кто знает, короче…

— Отлично! – воскликнула я, но мои возмущения слушать уже было некому, пронырливый азиат смылся, оставив меня наедине с этой бомбической метелкой. Я с определенной долей опасений подцепила ее за шнурок, надеясь, что хоть до кладбища дойду без приключений. Очень не хотелось проверять это «кто знает» на себе. Лучше потом на Морисе проверю.

Дорогу до кладбища я худо-бедно помнила, тем более что в ту сторону вела широкая асфальтированная аллея, главное, поворот не пропустить. Я немного расслабилась и даже помахивала шариком на шнурке в такт попсовому мотивчику, который сам собой всплыл в голове. Погода была хорошей, а к отсутствию солнца, как оказалось, быстро привыкаешь. Светло же? Светло. Тепло, приятно, и глаза не слепит.

В одном месте слева от меня в травы нырнула вытоптанная тропинка, и я перестала насвистывать. Вспомнились слова про черно-фиолетовые возмущения, которые мне предстояло разгонять, простите, пипидастром, и сразу захотелось плюнуть на все и вернуться. Но Рита сознательная. Бывает. Иногда.

Рэнди уже вышагивал около кованых ворот и явно пребывал в нетерпении. Увидев меня, он облегченно выдохнул и засиял улыбкой.

— Марго!

— Тебя тоже с утра уборщик посетил? – спросила я, заметив, что свой пушистый шарик он опасливо держит костью, подцепив шнурок обломанным концом. Подождите-ка, костью? – Рэнди?

— Это не человеческая, – сразу успокоил меня гуль, – в кладовке нашел… Да пофиг на кость, ты-то зачем согласилась?

— А ты? – парировала я.

— Да так… Ерунда, не бери в голову. Просто захотелось потрудиться на пользу… На пользу.

Наверное, я настолько недоверчиво на него посмотрела, что гуль смутился и отвел глаза.

— Дай-ка угадаю. Без Мориса не обошлось?

Рэнди вытаращил глаза, как выкинутая на берег рыба, даже губами зашлепал так же. Ответа можно было и не ждать, следствию уже все ясно. Значит, эти два пакостника успели влезть куда-то без меня, а ведь всегда пытались скинуть всю вину на мою змееволосую голову. То есть они на кладбище с утра пораньше в наказание сосланы, а я так, просто по добровольному согласию? Ну, это я запомню.

— Рэнди, – мягко начала я, и змеи на голове зашевелились, добавляя порцию шипения в мои слова. – Лучше выкладывай все как на духу, сама узнаю, хуже будет.

— Ну, подумаешь, похозяйничал в кладовой, – заюлил Рэнди. – Между прочим, я от стресса много ем. А после смерти у меня всегда стресс!

— Знаешь, что, – я решительно повесила свой инвентарь на ближайшую сучковатую ветку, – я пошла досыпать. Никакой вины сегодня за мной нет, отрабатывать мне нечего. Хорошего дня.

— Кудряшова, – ласково протянуло откуда-то сверху милейшим ректорским голосом, – а ваше выступление в клубе? А экстренные порталы? А покалеченный куратор?

Я сначала подпрыгнула, потом раздраженно дернула плечом. Вспоминать об Амилоте не хотелось.

— И в каком это месте он покалечен?

— Душевно! – отрезал Миллхаус. – И я его понимаю. После вашей отработки оранжерею пришлось пересаживать, а особо крупные цветы даже переводить в другой блок. В столовой до сих пор ремонт, а сколько добрых слов я услышал от уборщиков! Мигом за работу и молитесь хоть предку студента Фрея, чтобы у вас хоть на этот раз все прошло спокойно!