Книга Учись или умри до конца, страница 68 – Светлана Волкова, Мария Дубинина, Сора Наумова

— Вы – и не знаете? – хмыкнул ректор и плюхнулся в кожаное кресло за столом. – В общем, передайте потерявшимся по пути Ма и Чо, что ближайшие сутки у вас выходной. Куратор активирует рандомный переход между мирами, одобренными администрацией академии, и вперед… Ах, да. Совсем забыл. Ваш куратор временно не имеет права голоса.

И выразительно посмотрел на притихшую собачонку. Шпиц опустился на пушистую задницу и нервно елозил, дергая хвостиком. Я даже как-то растерялась, впервые видя грозного куратора настолько сконфуженным. Пусть он и выглядит сейчас как комнатная собачка.

Вот и настал он, момент истины.

— Никто ничего не хочет сказать?

Я решительно поднялась, кутаясь в халат уборщика, и упрямо вздернула подбородок. Тонуть, так с музыкой.

— Это я случайно превратила куратора Амилоту в… в собаку.

— Случайно?

Кирра порывисто вскочила и встала рядом со мной.

— Рита хотела за меня вступиться! Так что виновата я.

— А мы знали и молчали, – парни тоже решили не отмалчиваться, даже вечно осторожный Морис. – Так что все виноваты.

Ректор переплел пальцы под подбородком и улыбнулся.

— А сам Амилота ничего не хочет нам сказать?

Шпиц еще немного попятился по стеклянному столу, пока опасно не приблизился к краю. Если он что и хотел сказать, то просто не мог. Ректор откинулся назад и щелкнул пальцами так, что все вздрогнули.

— Ррр… – заворчал песик. – Ррр, я ее точно убью. Дайте только встать на ноги.

Я резко отпрыгнула от столика, услышав хорошо знакомый голос Лайза Амилоты. Но на столике по-прежнему сидел миленький шпиц и вроде бы даже особо не шевелил челюстью, разве что розовый язык то и дело вываливался.

— Куратор? – осторожно спросила я.

— Нет, хрен собачий! – рявкнул его голос.

Морис заткнул себе рот кончиком щупальца, чтобы не заржать. А вот мне было не до смеха.

— Хочу заявить, что я на такое не подписывался, Дрей, – продолжил голос Амилоты, полагаю, все-таки идущий откуда-то из недр собачьего тела. – С этой чокнутой дальше возитесь без меня, если не хотите ее лишиться прямо перед…

Он замолчал, хотя мне только-только стало интересно. Повозился, переминаясь с лапки на лапку, облизнулся и закончил:

— В общем, расколдовывайте меня.

— Нет.

Я подумала, мне послышалось, но ректор продолжал хитро улыбаться.

— В смысле, нет? – не понял Амилота.

— В смысле, что нет, не буду. Мне кажется, взрослый опытный сотрудник Академии Небытия мог бы избежать такого позорного конфуза. Кудряшова и ее компания, конечно, те еще проблемные детишки, но ты, – ректор улыбнулся шире, и глаза полыхнули синим, – стал слишком легко относиться к своим обязанностям, за что и пострадал. Токсин скоро выведется сам, так что пока придется тебе продолжить работу в таком виде. Наверное, ты уже привык?

Готова поклясться, у шпица глаза загорелись красным, а по шерстке прошлись электрические разряды. Однако куратору хватило ума не вступать в перебранку с начальством.

— Вы хотите, чтобы я работал лучше, и оставляете в теле бесполезной собачонки.

— Но такой симпатичной, – протянул ректор. – Так бы и потискал.

Шпиц зафырчал, как сердитый ежик, и ректор спрятал лицо за раскрытой ладонью.

— В восемь утра у трансгрессионного шара. Не опаздывать.

В воздухе ощутимо запахло жареным, точнее, горелым, и мы, пиная друг друга от усердия, выкатились в приемную, а оттуда – на лестницу. Если бы Морис не уперся сразу четырьмя щупальцами в стены, мы бы и дальше покатились веселой дружной кучей-малой. У меня между ног гордо прошел очень злой песик и, оглянувшись, оскалился и совершенно обычной человеческой речью сказал: