Книга Учись или умри до конца, страница 152 – Светлана Волкова, Мария Дубинина, Сора Наумова

— Не ожидала, что ты так трепетно беспокоишься о ректоре. Разве он вашу компашку не наказывал постоянно? Знаешь, о ваших подвигах среди старших курсов уже анекдоты ходят, мне брат рассказывал.

— Легенды, – поправила я машинально. – Может, легенды ходят?

— Нет.

А вот сейчас обидно было. Я покосилась на «гору» и спросила:

— А зачем его мыть? Мне он вчера не показался грязным.

— Во время спячки драконье тело выделяет вещество, которое отвечает за маскировку.

— И подо что он маскируется? – спросила я и сама же ответила: – Под скалу, что ли?

Мия пожала плечами, ее такие детали не интересовали. Темная громада вдруг пошевелилась, я снова услышала тот жуткий грохот, треск, и по полу прошла вибрация. Тут до меня дошло.

— Как он сюда поместился? Это же невозможно.

Мия отвернулась, деловито перелила жидкость из одного ведра в другое, поменьше, и протянула мне.

— Про пятое измерение слышала?

— Да ладно? – присвистнула я. Потом посмотрела на дракона и сама себе тихо ответила: – Хотя о чем это я.

Мия взяла ведерко и ушла, поставив точку в разговоре. Я с подозрением принюхалась к жидкости для чистки и поморщилась. Хозяйственное мыло с запахом дохлых собак и забористый уксус. А респиратор нам заодно не полагался?

В отличие от меня, змейки на голове были всем довольны, активно извивались и удовлетворенно посвистывали. Скоро и я заметила, что духота не такая уж непереносимая, похоже, горгоны любят тепло. Кстати, можно уточнить это во время работы над докладом для Амилоты. Что я вообще знаю о горгонах кроме того, что была одна по имени Медуза, и она плохо кончила? Ицли активно записывал нас с ним в одно племя, но горгоны, кажется, все же больше люди, чем змеи. И человеческая часть меня активно потела, орудуя надетыми на ладони круглыми щетками. Сначала было страшно, я легонько поглаживала шершавую чешую, представляя, что скажу Миллхаусу, если он вдруг откроет глаза и увидит меня. Вряд ли он обрадуется. Я бы точно не обрадовалась.

— В сауну сегодня приходи, приходи, – фальшиво напевала я себе под нос строчку прилипчивой попсовой песенки, – спящего дракона… уф… ты во мне разбуди^[1].

Так, незамысловато подпевая самой себе, я разошлась не на шутку. Минут через двадцать вместе с болью в плечах пришел здоровый пофигизм. Ну, проснется и проснется, я же не сама вызвалась его намыливать. Свалю все на секретаршу или на Мию. Они обе обманом принудили меня, а я слабая девушка, не смогла убежать.

Шорох металла по чешуе успокаивал, а когда я поняла, что чищу не голову дракона, а совсем наоборот, то совсем расслабилась. Иногда ректор всхрапывал, и тогда вода в бассейне, в котором он покоился, выходила из берегов. Пару раз меня смыло, и мы с Мией оказывались у дальней стены, матерились и возвращались обратно к работе. Одним словом, ничего интересного.

Движение хвоста я заметила слишком поздно, когда от удара в живот летела все к той же стене.

— Слабачка! – рассмеялась Мия.

— Больно, – пожаловалась я.

— Тебе хотя бы морду драить не пришлось. Дыханием дракона, между прочим, можно расплавить доспех средневекового рыцаря.

— Хорошо, что я не рыцарь.

— Ну да. Ты бы сразу стала кучкой пепла.

Будто в подтверждение слов, ректор пошевелился, и нас окатило горячей водой.

— Когда это уже закончится? – застонала я и поползла по полу в поисках потерянных в полете щеток. Обязательно стребую с Миллхауса сокращение наказания на башне или лучше полной отмены. Я тут жизнью рискую, про синяки и шишки просто молчу. А могли бы для такого травмоопасного дела парней привести, или наш господин ректор предпочитает в бане исключительно женскую компанию?