Книга Тайная адептка в военной академии, страница 49 – Татьяна Антоник

Обидно, но она права.

— Ты что-то предлагаешь? – чувствовался в ее голосе какой-то вызов к приключениям.

— Конечно, – пожала плечами шатенка. – Тесса, поднимай свою задницу, перестань дрожать. Надо Сию переодеть.

— Но зачем?

— Я откуда знаю? Видишь, у нее взгляд как у бульдога. Не поможем мы, она нам в глотки вцепится.

Видимо, Тесса что-то осознала, посмотрев на меня. Во всеобщей суматохе никто не заметил, как три девицы пробираются к избушке служащего парка. В пути присоединилась и Надя.

В помещении мне вручили форму, и пока я натягивала штаны, в шесть рук клеили бакенбарды и расчесывали парик.

— Все, иди, – подталкивала меня в спину самая трусливая Тесса.

— Погоди, я еще платье.

— Само отвалится.

— Это каким же образом?

Мы были отличной командой. С ними можно в огонь, в воду и в любую передрягу. Как ни странно, но превращение девушки в парня занимало больше времени, чем из парня в девушку. Пусть теперь мужской пол не обижается за долгие сборы.

И увы, мы были отличной командой, но с куриными мозгами. Не догадались никого поставить на шухере.

В избушку неожиданно ворвались Артур и Рой, запыхавшиеся, потные, всклокоченные.

И обнаружили меня не в самом потребном виде. Внизу брюки, сверху Инга наматывает мне бандажную ткань, чтобы скрыть грудь. Тесса клеит бакенбарды, а Надя водружает со стула парик.

Занавес.

Иногда план ломается прямо на глазах. Наверняка все бывали в ситуации, когда задумка с грохотом рушится на этапе реализации. Вот нарисовал себе одно – а лещ там плавал. Так не выйдет, давайте придумаем, как переделать.

Кажется, я именно в этой ситуации нахожусь.

Тесса скривилась.

— Может, заклинание забвения?

Я была категорически против. Во-первых, это незаконно. А во-вторых, чтобы забыть что-то ненужное надо сперва узнать что-то ненужное, а у них мозгов мало.

— Эм… эм… – смущались парни, пряча свои глаза.

На их лицах я увидела все пять степеней принятия: отрицание, торг, гнев, депрессию. Желание развидеть мое затянутое скромное, девичье хозяйство, в конце концов. И наклеенные волоски. И парик. Боги, да я уверена, что они этой ночью не заснут, и я похуже страшных-престрашных некромантов.

Ребята, не сговариваясь, повернули обратно. Но их моментально остановил властный голос Инги Бекманн.

— А ну, стоять! Во-округ на раз-два!

И плевать на то, что они физически сильнее нас всех, вместе взятых. Кадеты шмакадемии – народ неопытный, пуганный. Мало общаются с девицами всех мастей. А мы успели обточить коготки в Атарийском учебном заведении, обзавелись командными замашками и умело пользовались наивностью парней. Инга с Тессой, к тому же, умудрились вынести нечто полезно из обучения в Пресьенском институте – гипнотизировали юношей небрежным накручиванием локонов, робким тоном и умело вставляли фразочки, заставлявшие сильный, но слабый в своей любви к прекрасному, пол подчиняться.

— Да, мэм… – хором произнесли браться Уолтеры.

— Какая я тебе, мэм, Артур? – психанула подруга, показывая, что она не только играючи флиртует, она еще все выставит так, что ребята окажутся виноватыми. И вообще, они это начали.

Она жила по принципу, что плоха та девушка, которая не в состоянии свести с ума любого парня.

Рой опомнился первым.

— Что происходит? Алекс, почему ты в женском? Алекс, ты женщина?