Книга Тайная адептка в военной академии, страница 38 – Татьяна Антоник

Кое-как я все-таки добежала, отметила, что пришла последней и с невероятным отрывом. Все мои однокурсники успели отдохнуть и неприязненно на меня глядели, кроме Уолтеров. Им-то я пообещала свидания.

— Че уставились? – грубо спросил профессор Эвандер. – На снаряды, быстро.

А я дыхание не перевела. Одежду можно выжимать, правда, мои собратья по несчастью не лучше. Тоже все мокрые и попахивают.

И новая волна мучений, где я продолжила позориться. Дженкс изобретал новые шутки, толпа ржала, я краснела и проклинала себя.

Откуда ни возьмись появился Клайд, грубо въехав моему бывшему в челюсть, за ним выскочил Виктор, тоже не пожелавший оставаться в стороне. Я преисполнилась, жаль, что на результате не сказалось.

Зато от меня отвлеклись. Всех занимала потасовка среди кураторов. Из академии выбежала женщина, подтягивая попутно цветастую, шерстяную юбку. Судя по костюму, и тому, как она разговаривала с бывшим воякой, некая леди Аркади ждала своего часа с прошлого тысячелетия. Ждала так долго, что волосы пожирнели, а линзы в очках стали толщиной с палец.

— Рэйден! Ты собираешься с этим что-то делать?! – указывала она в сторону борющихся и толкающихся. Парни, кстати, даже ухом не повели. – Это кто? Дикие звери?

— Хуже, – хохотнул здоровяк. – Мои выпускники.

— Будь добр, успокой свою свору. Не можешь заставить их новые круги наворачивать? Они мешают вести мой предмет.

Я спросила Роя.

— А что она ведет?

— Этикет, – закатил он глаза. – Мы же будущие офицеры, цвет аристократии.

А, ну тогда и я закатила.

Тем временем перепалка между мужчиной и женщиной продолжалась.

— Как стадо гарпий, ей-богу. Чему я их учила. Это все вы, вы, – все больше расходилась леди Аркади. – Вы ни во что ни ставите приличия и условности. Ведете себя, как… как… как главный, упертый баран на стойбище.

Господин Эвандер приподнял одну бровь.

— Баран на стойбище? О, это для вас слишком. Я польщен и одновременно унижен, поэтому спасибо и будьте вы прокляты. Ничего не забыл? – повернулся он к нам. – Ах да, покиньте полигон, а то отправлю своих молодцев прямиком в ваш кабинет.

— Грубиян.

— Фурия.

Чем-то они напоминали мне родителей. Четы Перлов тоже на людях переругивалась, но это не значило, что мама с папой не любили друг друга. Напротив, получали странное, извращенное удовольствие в подобной ругани.

— Че застыли? – Рэйден дал новую команду, а сам отправился разнимать моих друзей и Дженкса. – Влезайте на стену. Вдруг в этом году кто-то совершит невозможное?

— Уууу, – не понимала я всеобщего негодования.

О какой стене идет речь?

Я бы с удовольствием побежала бы вслед за преподавателем, посмотрела бы на Виктора, Клайда и Дэниэла, попыталась бы их разнять, но не могла позволить себе такую вольность. Уже на плохом счету, уже самая слабая.

Зато местная стена обрадовала.

Бесконечно можно наблюдать за тремя вещами: как горит огонь, как льется вода, и как красивые, мускулистые парни срываются с ветхого снаряда.

На самом деле ничего такого в спортинвентаре не было, просто ребята, отъевшиеся белками и протеинами на кухне госпожи Айрин, сваливались под своим весом.

Начиналась стена с широкими выступами, растравленными часто и на небольшом расстоянии, а на высоте метров трех выступы уменьшались, становились реже. Тут нужна проворность, легкость и тактическое мышление.