Книга Измена со вкусом капучино, страница 32 – Ольга Игонина

Выныриваю из воспоминаний. Аж мурашки по коже. Да, мам, надо ставить цели и их добиваться.

Вот как приведу домой твоего любимого мужа Аленки, посмотрим, что ты скажешь. Тем более первый этап по его завоеванию пройден. А что делать дальше?

Я, конечно, могу забеременеть, надо овуляцию рассчитать. Можно потом сказать, что потеряла ребенка, и громко убиваться по этому поводу.

Надо подготовиться, уверена, что Алекс скоро приедет. Значит тортик, безалкогольное шампанское, мне же “типа нельзя теперь алкоголь". Надо еще что-то такое, что даже его солдафонское сердце дрогнет.

Плакат? Точно, я нарисую плакат, как будто от нашего ребенка. Что-то вроде “Я так рад тебе, папа!“ Жаль, у меня нет номера телефона его родителей, а то бы я и их обрадовала.

Думаю, они уже ждут — не дождутся внуков. Старые они, так и помереть недолго, пока Аленка решит им наследников подарить. Кстати Я же знаю, их приблизительный адрес, может нагрянуть с сюрпризом?

Нужно снять напряжение и стресс. Все тело зудит от нервняка. Но я точно знаю, где мне всегда рады. Разворачиваюсь на ближайшем светофоре, тапочек в пол. Через тридцать минут я на месте.

Обшарпанная пятиэтажка. Захожу во второй подъезд, выхожу через вторую дверь во внутренний двор, упираюсь в длинное одноэтажное здание. Здесь прошла моя самая-самая молодость. Тир, стрельбище. Первое знакомство с оружием.

— Апекс, сколько лет, сколько зим! Брат ты откуда здесь? — Васильич всегда на своем рабочем месте.

Как в молодости ищу пристанище. Работаете?

Нет, но для тебя — да. Пойдем.

Васильич — почти мой второй отец. В моем подростковом возрасте он собирал всю шпану, мы проводили здесь все свободное время.

Спускаемся в полуподвал. На стене маскировочная сетка, вдалеке мишени.

Надеваю наушники и отрываюсь по полной.

Не замечаю, как проходит час. Тир — это не только место, где можно снять напряжение, но и провести время с собой, причесать мысли. В бункере не ловят интернет и связь. Глухо.

Алекс, а руки-то помнят. И глаз прицел видит и мишень.

— У нас тоже есть небольшое стрельбище, ребята иногда тренируются, но это не то.

А у вас чего тишина, у молодежи теперь другие ориентиры.

— Финансирования нет.

— О, Васильич, с этим я тебе помогу. Оставляю всю наличку на стойке. Надо бункер к нам подключить, нельзя, чтобы такое место пропадало.

Возвращаюсь в машину. Сердце взволнованно бьется. Как будто лет на десять назад вернулся.

Мне нравилось быть военным, и даже в нищих гарнизонах был счастлив. Кажется, деньги меня испортили.

Как мне было хорошо, когда с Янкой, моей первой женой, жили в общаге, ничего не имели.

Казенная мебель, одежда — два чемодана, гарнизон, тайга и ближайший город через пятьсот километров. Не выдержала, собрала вещи, сказала, что на время к родителям. А уехала навсегда.

Развод по телеграмме.

ПЯТЬ лет я был один. Никто мне не нужен был. Начал создавать свое небольшое охранное предприятие, не чоп, где деды супермаркеты охраняют. А где бывшие вояки находят приличную работу. У меня больше сотни первоклассных телохранителей.

И угораздило купить офис около кофейни, где я и встретил Аленку. Молодая, взбалмошная, дерзкая. Как она меня бесила первые наши встречи. Я терпеть не могу непунктуальных людей. А тут кофейня открывается с опозданием, я не могу промолчать. Был уверен, что смутится, покраснеет, глаза в пол. Ага, где там. Кофе на голову не вылила, и то хорошо.