Книга Развод. Отпускаю тебя, страница 60 – Ольга Игонина

Смотрю на невестку. Глазки в пол, румянец на все щеки.

— Ты объяснить ничего не хочешь? Ладно он, старый идиот, но ты! Вика! - Артем хватает жену за плечи, начинает трясти. - Я же тебе верил, слухи отметал. А ты! Моя жена! Что у вас было! Ты трахал мою жену?

Я старый идиот? Да, я выгляжу лучше, чем половину мужиков моего возраста. Еще пару дней пострадаю, раны залечу и восстану. Заново жить начну, женщину помоложе найду. Аллочка не вариант. Она как аперитив хороша, но жить с ней - мучение. А вот взять ее к себе ночной няней с графиком два через три.

— Так, молодежь! Вы меня скоро с ума сведете. Что происходит! Давайте раз и навсегда решим. А то я уже запутался. Вика, ты ничего нам сказать не хочешь?

Стоит прям невинная дева.

— Я уже сто раз рассказала, кто из вас меня слышал? Мне скучно! Меня в этой жизни уже ничего не заводит, хочу флирта, хочу нормальной жизни, - только что ножкой не стучит. Маленькая и капризная принцесса, никак девочка взрослеть не хочет! Видно, Артема не за красивое лицо или личные качества выбирала, а по фамилии и толщине кошелька. Надо было ему самому бабу себе найти, а мне не лезть, куда не просили.

— И ты решила с папой моим зажечь? Значит, старый конь борозды не портит? Думаешь, его “плуг” еще работает? - Артем орет на весь дом. К дому подъезжает машина, сигналит. Видимо, это за сыном друг приехал.
Сажусь на кресло. От этого цирка мое сознание уже путается. Смотрю на детей по очереди, какая им семья, мозгов еще нет. Может, я уже до “белочки” допился и мне все это кажется.

— Вик, я тебе нравлюсь, как мужчина? - решаю как-то сократить темы для разговора. Нужно каждого по очереди загнать в угол.

— Да, - кидает слово, как красную тряпку — с вызовом! - Да, и еще раз да!

— Ты готова ко мне уйти от моего сына? - спрашиваю аккуратно. Такое только в бразильских сериалах видел, чтобы одна женщина на всю мужскую часть семьи была.

— Не знаю, - громко шмыгает носом. - А ты готов меня принять?

А что, если это мой шанс? Вика хорошо собой, хозяйка так себе, но мне это и не очень важно. Уедем, поменяем окружение, вычеркнем всех из памяти. Будем жить и наслаждаться друг другом.

Во рту пересохло, даже язык приклеился к небу. Перевожу взгляд на сына. Его реакция меня удивляет — стоит, сложив руки на груди. На лице брезгливость, но только в мою сторону.

— Я... даже не знаю. Вы с моим сыном все решите, а потом посмотрим. У вас же есть чувства? - не могу собраться, мысли скачут галопом.

Перед глазами уже светлая спальня, большая кровать с откинутым одеялом. На белоснежной кровати лежит Вика. Сорочка короткая с разрезами по бокам, они уходят к талии. Грудь едва прикрыта почти прозрачным кружевом и кончиками волос.

Надо переключить внимание на что-то грустное и страшное, чтобы умерить пыл. Или еще пара секунд, и дети увидят мою реакцию на происходящее.

Так, как выглядела моя первая учительница? Пытаюсь вспомнить... Но в голове Вика, которая меня манит.

— У нас чувства. Но для их развития нужна плодородная почва. Чернозем, а у нас придорожная пыль и глина, - Вика страдальчески наклоняет голову вниз.
- Вик, ну какая глина. Ты снова из-за квартиры? Моря? Да заработаю я! - сын идет в наступление.

— Когда я бабкой буду? Я не хочу, как твоя и моя матери всю жизнь на тебя, на твою карьеру положить, ждать, когда же ты в настоящего мужика превратишься, чтобы мои желания исполнять! И найдешь ты себе молодую и пронырливую, а я лапу сосать буду? Не, Темочка! С твоей зарплатой мы до нормального моря лет через двадцать доберемся. Анапу или Новороссийск, пожалуйста, не надо морем называть. Ты мне про амбиции говорил!