Онлайн книга «Мертвец стучится в двери»
|
— Все так. — Но ты же сказал мне сегодня утром… — Подожди, Джудит. Кэролайн, лейтенант Хендерсон сегодня вечером говорил примерно то же самое? Полиция исследовала ключ под микроскопом? Удостоверилась, что его не пытались повернуть, скажем, с помощью плоскогубцев? Что никаких приспособлений – проволока, нити, шкив – не применялось, чтобы открыть дверь или окна? Кэролайн мяла в руках темный шелковый шарф. — Да, конечно! Они все проверили. Но зачем? Зачем придумывать детективные загадки? Эта женщина покончила с собой! — Нет. – Марк покачал головой. – Она не покончила с собой. — Но полиция говорит… Погоди! Кто это пишет тебе письма об этом? И так скоро? — Никто. — Я имею в виду то письмо, что у тебя в руках? — Как я уже сказал, его написал покойник. Это всего лишь копия. Само письмо было написан Уильямом Уилки Коллинзом четырнадцатого декабря тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года и адресовано Чарльзу Диккенсу. Рядом со столом библиотекаря стоял стул с прямой спинкой. Кэролайн, похоже искренне не понимающая, что все это значит, пододвинула стул и села. Только в глазах Джудит Уокер светился огонек любопытства. — Вот вам и запертая комната, – сказал Марк, – такая, какой ее задумал автор «Лунного камня», когда планировал «Мертвец стучится в двери». Никаких ухищрений, никаких сложностей, из-за которых история выглядела бы нереальной или неправдоподобной. Просто обычная спальня, но с окнами и дверью, которые невозможно вскрыть, не оставив следов. Его тихий голос разнесся под готическими сводами. Он убрал письмо в конверт и сунул его в карман. — Понимаю! Теперь я понимаю! – пробормотала Джудит. – Но… Марк! Коллинз придумал эту историю с запертой комнате в шестьдесят седьмом… или в шестьдесят девятом? — Идея пришла в шестьдесят седьмом, в том же году, что и замысел «Лунного камня». Но второй роман он собирался писать только в шестьдесят девятом. — Вслед за первым? — Да! Теперь вспомни: в начале ноября шестьдесят седьмого Диккенс уехал из Англии в Америку – прочесть курс лекций. В декабре Уилки Коллинз написал три письма в разные дни, но отправил их одним пакетом в Америку. Он изложил сюжет романа о запертой комнате, намеренно скрыв разгадку, чтобы раздразнить любопытство Диккенса. И знаешь, где Диккенс был в свой день рождения, седьмого февраля тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года? Джудит пожала плечами: — Наверное, мне следовало бы это знать, но я не в курсе. Где же он был? — Здесь, в Вашингтоне. Он остановился на двенадцатой улице, в верхней части Пенсильвания-авеню, почти напротив Казначейства. — И именно там Диккенс получил письма? – воскликнула Джудит. – И ты проследил их путь спустя восемьдесят лет? — Мне просто повезло, вот и все! Но разве ты не видишь… Казалось, в тяжелом сумраке библиотеки у них на глазах протянувшаяся из прошлого невидимая рука кусочек за кусочком складывает некую картину. — …разве ты не видишь, как все это – от зарождения совершенно новой идеи до способа презентации ее Диккенсу – характеризует самого автора? Джудит тихонько рассмеялась, глаза ее сияли, что могло показаться несовместимым с трауром. — Можешь не рассказывать мне об Уилки Коллинзе, – сказала она. – Помню, я читала, каким крестным он был на крестинах: маленький, толстенький, набравшийся шампанского и бренди, он держал младенца и, удивленно щурясь сквозь очки, повторял: «Младенец пьян! Чтоб меня, младенец пьян!» |