Книга Особенный, страница 21 – Владимир Дараган

— Садись, — она взяла мою трость, поставила в угол, взяла за рукав, подвела к креслу.

— Меня Михалыч ждет, — сказал я, усаживаясь. — Может я попозже зайду?

— Ничего, подождет, — она оторвала пластырь, чем-то намочила салфетку, протерла шею.

— Все в порядке, пластырь больше не нужен, — сказала она и выбросила салфетку в мусорное ведро. Встала, посмотрела на меня. Тихо сказала:

— Мне нужно проверить твои мышцы и кости. Это большое обследование, зайди, когда освободишься. А сейчас…

Она огляделась, затем, как-то неуверенно сказала:

— У нас есть запасной динамометр, но он на складе. Помоги его достать с полки. Ты меня знаешь, я полезу и обрушу все, что там стоит.

Складом она называла небольшую кладовку со стеллажами, заставленными реактивами и какими-то коробками. Туда вела дверь, расположенная рядом со стойкой с приборами. Она подошла к этой двери и рукой поманила меня. В кладовке было душно, пахло какой-то химией, неприятно жужжала лампа дневного света.

— Заменила бы на светодиоды, — сказал я, указывая на лампу.

— Обязательно, — кивнула Зоя и плотно прикрыла дверь. — Динамометр в желтой коробке.

Коробка стояла на уровне глаз — меня явно пригласили сюда не для помощи.

— Рассказывай, — попросил я, держа в руках коробку.

Зоя оглянулась на закрытую дверь и спросила:

— Что ты знаешь про ДНК и теломеры?

— Второе слово слышу впервые, — признался я.

— Теломеры отвечают за наше старение, — сказала она. — Концы ДНК очень уязвимы и теломеры служат защитными колпачками этих концов. При каждом делении клеток они становятся немного короче. Когда теломеры доходят до критической длины, то клетки перестают делиться и переходят в состояние «сенесценции» — клетки живут, но не работают как раньше. Такие сенесцентные клетки — один из главных факторов старения тканей.

— Жуть какая, — я посмотрел на часы.

— Не торопись, это важно для тебя.

Зоя взялась за рукав моей рубашки и прикрыла часы.

— В нашем институте проблема старения — одно из самых главных направлений. Это всех интересует, так что спонсоров у нас хватает. Шеф придумал новый метод остановки уменьшения теломеров. Таких методов много, но все, что было до него, работало или плохо, или давало побочные эффекты. Его метод абсолютно революционный, и это самый главный секрет нашего института. Есть еще кое-что, но это долго объяснять. Никто кроме Шефа не знает всех деталей.

— Даже Пал Палыч?

— Пал Палыч врач, а не ученый. Он только следит за состоянием пациентов и подопытных животных. Шеф разделил задачу на несколько этапов, и все, кто работал с ним, знали только часть его метода. Так делают во всех секретных институтах.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Потому, что все это касается лично тебя. Пал Палыч однажды заметил, что у раненых крыс, которые были обработаны по методу Шефа, очень быстро зажили раны. Произошло буквально чудо. От ран не осталось и следа, а крысы стали необычайно активны. Как будто помолодели и окрепли.

— И тогда Шеф решил испытать свой метод на мне?

— Совершенно верно! И результат превзошел все ожидания. Ты дважды был в состоянии клинической смерти после наезда машины, многие органы критически повреждены, но внезапно ты стал поправляться, раны затянулись за несколько дней, и что самое удивительное…