Книга Ночь морлоков, страница 36 – Кевин Уэйн Джеттер

— Милорд Артур, мы довольно долго тянули время, небольшая прогулка полезна для сердца. – Мы вдвоем почти оторвали его от пола и быстрым шагом направились к двери.

— Хотя, – сказал Артур, – я бы не отказался выпить кружку хорошего доброго лагера, пока еще не поздно. Мерденн подает мне какую-то светлую дрянь.

— Отличная мысль, – сказал я со всей сердечностью, какую мог. – Идем в паб.

Моя рука потянулась к дверной ручке…

* * *

Он с интересом наблюдал за движениями рук противника.

— Рокировка? – сказал доктор Амброз с улыбчивой укоризной. – Но это же оборонительный ход – потеря темпа, в котором на данный момент нет никакой необходимости. Вам следует нагнетать преимущество. У меня уже на две пешки меньше.

Мерденн постучал пальцами по королю и одной из ладей.

— Должен признаться, что, если придерживаться рамок логики, то вы правы. Мучительное наитие, которое определяет мои действия, совершенно иррационально. Но на протяжении всей игры меня преследует навязчивое побуждение беречь короля. – Он переставил фигуры в новые позиции. – На Востоке я понял, что не все подвластно логике. – Он откинулся на спинку стула и посмотрел на доску.

В комнате воцарилось недолгое молчание – здесь не было никого, кроме двух игроков. Вдруг Мерденн выпрямился, ярость исказила его бледное лицо.

— Король! – прокричал он. – Ты обманул меня! Твои сообщники…

— Может быть, – мягко сказал Амброз, – вам, как и вашему старому другу Сулейману, нужно узнать цену пешек.

Мерденн со сдавленным криком вскочил на но-ги, ударил кулаком по центру шахматной доски и разбросал фигурки во всех направлениях. Клиенты за ближайшими столиками ошарашенно отреагировали на возвращение этих двух в зал. Стул Мерденна упал назад, а сам он бросился к двери, оттолкнув попавшегося ему на пути официанта.

Амброз допил остатки «Латура» из бокала, встал, уронил на столик несколько купюр и последовал за своим двойником из ресторана.

* * *

Но не успела моя рука дотронуться до дверной ручки, как пламя охватило дверь. Артур, Тейф и я отпрянули назад. Неестественно яркий, всепожирающий жар пламени говорил сам за себя.

— Слишком поздно! – воскликнул я. – Мерденн атакует!

— Окно, – сказала Тейф. Она отпустила руку Артура, оттолкнула массивное кресло к стене, подняла его и швырнула в стекло окна, разлетевшееся сверкающими осколками. Я сорвал со стены одну из длинных портьер и один ее конец привязал к пустой теперь оконной раме.

Словно по старой привычке, командование принял на себя Артур.

— Ты первый, – сказал он мне. – Я не смогу спуститься без помощи.

Радуясь возможности скрыться от удушающего жара – одна стена была почти целиком охвачена пламенем, – я перешагнул через подоконник и стал быстро спускаться по портьере. Не добравшись до земли нескольких футов, я отпустил материю и пролетел вниз.

Артур сбросил мне запеленатый Экскалибур, потом, отчасти перебирая руками, отчасти скользя, спустился сам. Я поймал его и не дал упасть, когда он решил пролететь последний фут по воздуху. Тейф спустилась всего лишь наполовину, когда узловатый конец загорелся и портьера оторвалась от рамы. Она в дожде искр тяжело упала на спину.

Я помог ей подняться на ноги, и она кивнула, как бы говоря, что с ней все в порядке. Втроем мы поспешили прочь от ада, в который Мерденн превратил свою клинику в тщетной попытке уничтожить нас. За нашими спинами стали рушиться стены здания, посылая волны удушающего жара по освещенному красным пламенем пожара газону.