Книга Ночь морлоков, страница 101 – Кевин Уэйн Джеттер

В оригинальном романе Уэллса морлоки – не более чем животные. Но это не устраивает изощренное воображение Джетера, а потому в его романе появляется ветвь суперморлоков, коварных, опасных и способных на крупные военные операции. Они носят очки с синими стеклами, чтобы защитить от солнца свои привычные к подземным условиям глаза. Эти белокожие воплощения ужаса завладели машиной времени и с ее помощью доставляют себя в Лондон девятнадцатого века, где накапливаются в сточной системе, чтобы реализовать свои грандиозные и ужасные планы.

Книга сразу же хватает читателя за грудки и еще долго не отпускает. Один из моих излюбленных приемов Джетера – его гибкий, без предвзятости подход к построению сюжета. Читая романы Джетера, ты никогда не знаешь, где находишься в том или ином его произведении, принадлежащем жанру, которому прискорбно свойственно избыточно предсказуемое повествование. Тем не менее его творения остаются продуктом непревзойденного качества. Роман начинается сразу же по окончании произведения Уэллса, но через несколько страниц мы оказываемся в жутком разоре постапокалиптического Лондона, где остатки человечества прячутся, как крысы, в руинах, а еще через несколько страниц вновь возвращаемся в Лондон девятнадцатого века. Более простодушный читатель в этом месте переведет дыхание, может подумать, что теперь действие в романе будет развиваться линейно в рамках истории о морлокском вторжении, которая приходит к своему кровопролитному финалу. Но не таков Джетер. Вместо этого он предлагает читателю ряд неожиданных, но блестящих повествовательных рыцарских ходов: Мерлин, Артур и Экскалибур! Атлантида! Целый подземный мир под Лондоном, включая бессолнечные океаны, в которых плавают жюль-верновские субмарины! Когда некоторые писатели соединяют несовместимые элементы в одно, в результате получается каша, но в руках Джетера эта каша, какой бы безумной она ни была, не распадается на отдельные зерна.

Полагаю, что разборчивый читатель может задать вопрос: почему сиквел к знаменитой уэллсовской притче о путешествии во времени еще и оборачивается романом артуровского цикла? На бумаге это, может, и выглядит неплохо, словно странное подслащивание, потому что в произведении Уэллса нет ни слова о короле Артуре. Я не хочу сказать, что такой прием странным образом не работает, он работает, но ход совершенно неожиданный. У меня на этот счет есть своя теория, хотя прямых доказательств я привести не могу. Я думаю, что Джетер, не желая ограничивать себя текстуальными импровизациями на тему одного выдающегося писателя девятнадцатого века, разыграл что-то вроде воображаемого аргумента в пику другому выдающемуся автору – Марку Твену, чей роман «Янки при дворе короля Артура» (1889) является еще одним выдающимся романом-предшественником в традиции книг, рассказывающих о путешествиях во времени. Хотя книга Твена появилась за шесть лет до выхода в свет романа Уэллса, ее влияние на НФ было куда как менее заметно, чем творение Уэллса. Некоторые даже не называют роман Твена научной фантастикой, поскольку в нем нет псевдотехнологического элемента, оправдывающего путешествие: в романе Твена нет машины, его протагонист просто и неожиданно оказывается в артуровской эпохе. Но, как и у Уэллса, по существу роман Твена рассказывает о бедственном положении бедняков под безответственным правлением богачей, потому что в истории Твена рыцари Артура оказываются гораздо более жестокими и склонными к насилию, чем знать попроще. Меня разбирает искушение возразить, что подход Уэллса, который сатирически преобразует отношения между аристократией и пролетариатом, более проникновенный. Но два этих сущностных повествования – одно отправляет путешественника в далекое будущее, а другое в давнее прошлое – находят эксцентричное слияние в коллаже морлок/Артур Джетера.