Книга Оружие смерти, страница 61 – Кевин Уэйн Джеттер

Отличнейшее местечко, чтобы остановиться, когда едешь в Борон. Старый Рэйнджер».

— Эй, послушайте, — начал Леггер. — А кто такой Старый Рэйнджер?

Он повернулся и увидел Дорца, прислонившегося к противоположной стене. Энн медленно вращалась по часовой стрелке в середине комнаты, широко расставив руки.

— Видишь ли, у этого Рэйнджера было телешоу, где он рекламировал особый сорт мыла, — ответил Дорц. — А потом к, власти пришел Рональд Рейган… Ну, а теперь заткнись хотя бы на минуточку, дружок. Мы ведь пытаемся здесь хоть что-то делать.

Энн неподвижно застыла, закончив свой странный танец. Экстатическое выражение ее лица сменилось столь характерной для нее бесчувственной маской.

— Нет, — промолвила она холодным тоном. — Здесь ничего нет. Они были здесь, кое-что сделали, но забрали это с собой и ничего после себя не оставили.

Дорц подошел к ней.

— Ты уверена? Быть может, в других комнатах? Она отрицательно покачала головой.

— Они останавливались здесь всего лишь на одну ночь… Но именно здесь. — Она прошла за конторку и открыла находившуюся за ней дверь. Фонарик Дорца высветил небольшую комнатку с кроватью и стоявшим рядом с нею трюмо.

— Вот здесь они и спали, — сказала Энн. Упавший на кровать кружок света стал уже, когда Дорц прошел в комнату. Энн и Леггер проследовали за ним. Луч фонарика неспеша пробежался по комнатке, осветив по очереди покрытые алюминиевой фольгой окна, давно поломанный воздушный кондиционер и телевизор, небольшую кухонку в углу с микроволновкой и холодильником, потертый бежевый ковер под ногами и, наконец, вновь кровать. Когда-то ярких цветов покрывало валялось на полу, обнажая мятые пожелтевшие простыни и бесформенные подушки. Все трое молчали, и только их прерывистое дыхание звучало во тьме.

«Как это смешно», — внезапно подумал про себя Леггер. Он с трудом подавил одолевавший его смех, затем сделал шаг и попал в луч фонарика. Свет облил его подобно неведомой жидкости, осветив стену над кроватью.

— Думаю, мемориальную доску лучше всего повесить здесь. — Он внимательно посмотрел на стену. — И лучше всего, если она будет медной или из чистого золота.

Леггер повернулся и увидел в отблесках фонарика, как ухмыляется Дорц.

— Платиновой, — добавил Дорц, и его улыбка стала просто маниакальной. — С бриллиантовыми буквами. Быть может, мы могли бы даже продавать статуэтки для туристов… из пластмассы. Храм Священного Соития. — Дорц захохотал, и луч фонарика заплясал на потолке. — Двадцать пять центов, — задыхаясь выдавил он. — За сеанс… Чудесные исцеления!

Покатываясь со смеху, Дорц взгромоздился на край кровати.

«Тугая пружина внутри всех нас наконец-таки распрямилась», — заметил Леггер. Напряжение было снято… «Вот ведь хреновина, — подумал он, утирая слезу. — А ведь это даже не очень-то смешно». Сначала он, а затем и Дорц перестали смеяться. Комната вновь погрузилась в тишину. В тусклом свете Леггер различил Дорца, свободной рукой обнимавшего Энн за талию. Пальцы забинтованной кисти засунуты в ее джинсы. И Дорц и Энн улыбались.

— Нам бы лучше побыстрее хоть что-нибудь найти, — заметил Дорц. — А то ведь нам еще столько всего предстоит!

— Ты за себя говори, — перебил его Леггер. — Я сам по себе.

— Когда плывешь по психо-океану, — Дорц прижал к себе Энн, — смотри, чтобы тебя не сожрали акулы.