Книга И она поблагодарила богов, страница 340 – Юсси Адлер-Ольсен

— Возможно, сейчас не самый подходящий момент говорить об этом, Магда, но время не ждет. Сегодня вечером мы с Никки Ландсаат улетаем в Джакарту.

Она посмотрела на него с глубоким отчаянием.

— И поэтому нам придется еще немного присмотреть за тобой. Я не хочу, чтобы меня задержали для допросов в полиции из-за твоего возможного самоубийства. Так что тебе придется потерпеть, Магда. Кроме того, у Бергфельда на тебя свои планы. Ты ведь понимаешь?

Это было ключевое слово. Маттейс Бергфельд с трудом уселся за компьютер, но уже через десять минут все было готово.

Находясь в заточении, он раз за разом мысленно прокручивал сценарий своей мести, и теперь слова ложились на бумагу сами собой. Магда Баккер бросила его на произвол судьбы там, на причале. Она безучастно смотрела, как люди Рахмана быстро и бесшумно сбили его с ног и закинули в рефрижератор.

Он распечатал текст на рулоне факсимильной бумаги и передал лист Петеру. Замысел был дьявольским.

— Подпиши, пожалуйста. — Петер протянул испещренный мелким шрифтом лист Магде Баккер, которая все еще стояла на коленях перед столом.

Она ухватилась за край стола и с кряхтением поднялась. Зрелище было жалкое и недостойное. Дыры на коленях ее нейлоновых колготок были огромными. Она вопросительно взглянула на бумагу.

— Это факс для всех твоих ключевых партнеров, Магда. Для всех главных редакторов, директоров по маркетингу и политиков.

— Что там написано? — Ей удалось произнести это ровным голосом, но было очевидно, что внутри нее все рухнуло.

— Что ты увольняешься, поскольку больше не желаешь работать среди лицемеров.

— И это все? — Она посмотрела на него скептически, даже с некоторым облегчением.

— А еще здесь ты раскрываешь все секреты, которые хранишь. Секреты всех твоих контактов и источников. Все то, чем ты развлекала нас все это время. Их проблемы с лояльностью, интрижки с секретаршами и чужими женами, их пикантные сексуальные девиации, мелкое и крупное мошенничество и то, как они лизали друг другу задницы. Все! Все, что ты нам когда-либо рассказывала, записано здесь.

Он протянул лист: — Подписывай!

Кожа на ее лице лоснилась от пота. Она мгновенно осознала масштаб катастрофы. Это был ее окончательный приговор в профессии. Бескровное самоубийство. — Ни за что на свете! — запротестовала она.

— Тогда мы звоним в полицию. За то, что ты совершила, тебе светит приличный срок.

Она нахмурилась и посмотрела на Маттейса Бергфельда испуганными, усталыми глазами. Любые другие обвинения и угрозы, кроме тех, что исходили непосредственно от Маттейса Бергфельда, она могла бы оспорить и, скорее всего, выпуталась бы. Но то, что она лично приложила руку к похищению Маттейса, выманив его на улицу прямо в руки Рахмана, — этого она проигнорировать не могла. Вот он стоял перед ней, живое доказательство. Он мог детально описать все, что случилось. Указать на свидетелей. Свидетелей, которые просто молча наблюдали за сценой из окон домов напротив.

Немного поколебавшись, она взяла ручку и поставила подпись. Всю жизнь она была как вольная птица, порхающая над лугом. Жизнь в клетке означала для нее смерть, поэтому она подписала бумагу.

Бергфельд забрал лист, вставил его в факсимильный аппарат, набрал групповой код рассылки и нажал кнопку отправки.