Книга Башня гоблинов, страница 43 – Лайон Спрэг де Камп

— Благодарствую за предупреждение, – сказал Джориан. – Мы можем завтра на рассвете прийти на судно и внести плату. Как его разыскать?

— Прошу прощения, господа хорошие, – покончив с необходимыми разъяснениями, проговорил Лациендо, – столько выпито, самое время посетить нужник. Я вернусь.

Джориан с Карадуром довольно долго просидели над своими кубками; гомон, поднявшийся на улице, и суматоха среди посетителей трактира явно указывали на то, что подошло время шествия.

— Что этот парень шутки задумал шутить? – сказал наконец Джориан. – Обожди-ка.

Он двинулся к кухонной двери и столкнулся с толстым поваром.

— Да, – отвечал на расспросы повар, – видел я похожего человека, с полчаса как будет. Он прошел в эту дверь на задворки, в нужник не заходил. Никак случилось чего?

— Нет, все в порядке, – ответил Джориан. – Одурачил нас, зараза! – проворчал он, вернувшись за стол. – Слинял, а мы плати. Благодарение Зеватасу, хоть деньги есть.

— Кстати, о деньгах, – заметил Карадур. – Похоже, наш трактирщик хочет подать счет.

Джориан вытащил кошелек, в котором звякали несколько мальванских крон. Остальные были спрятаны в поясе. Он вытряхнул крону на ладонь и от удивления чуть не уронил ее.

— Боги милосердные! – вытаращив глаза, прошептал он. – Карадур, ты только взгляни! Говори тише.

Джориан протянул монету. Вместо золотой мальванской кроны на его ладони лежал свинцовый квадратик размером с крону. Надеясь, вопреки очевидности, Джориан вытащил из кошелька еще несколько монеток. Так и есть – вместо мальванских крон свинцовые жетоны.

Карадур сперва остолбенел от ужаса, а затем судорожно вцепился в собственный кошелек. Его золото тоже превратилось в свинец. Челюсть Карадура отвисла.

— Мы доверились этому ублюдку по твоей милости! – в бешенстве прошипел Джориан. – Гоания предупреждала, что он мошенник, а теперь, клянусь медными яйцами Имбала, ты сам убедился! Да я б с таким богатством полжизни безбедно прожил!

По смуглым морщинистым щекам Карадура заструились слезы.

— Твоя правда, сынок. Я один виноват. Знал же это обманное заклинание. Я бестолковый дряхлый старик. В жизни больше не поверю незнакомцу, пусть он хоть сто раз кажется прямым и честным.

— Ладно, скажи лучше, как нам отсюда выбраться, провались оно в сорок девять мальванских преисподних? Ежели попробуем уйти, начнется заваруха и виндийская стража отправит нас в кутузку; там меня ксиларцы живо опознают и потребуют выдачи. А у Чюро этого кредит выманить труднее, чем пирог из булыжника слепить.

— Иди, сынок, я приму позор на себя.

— Не болтай ерунды. Я не попрусь один в мальванскую империю, так что выбираться отсюда надо вместе. Ах ты, вот и Чюро пожаловал. – И Джориан торопливо сгреб со стола свинцовые квадратики.

Чюро оперся кулаками о стол:

— Господа довольны обедом и представлением?

— Конечно, сударь трактирщик, – с сердечной улыбкой ответил Джориан. – Жаль только, что нашим друзьям пришлось уйти пораньше. Сколько мы должны? – Две марки шесть фартингов. Выпьете на посошок?

— С удовольствием! Стойте-ка, этот вечер нужно закончить чем-то особенным. Есть в твоем трактире ликер, что делают в Паалуа, оликау называется? Довелось как-то отведать на западном берегу.

Чюро нахмурился:

— Я знаю, о чем ты говоришь, но не уверен, осталось ли такое вино у меня.