Книга Архимаг, страница 45 – Василий Сахаров

— Дзан-г! – мой клинок, так и не достав шею Янга, отлетел прочь и я отступил.

Большой Нож, массивный суровый брюнет в распахнутом на груди шелковом сером халате замер напротив меня. Было заметно, что он не в самой лучшей форме, все-таки наши сектанты его измотали. Мы примерно равны. Однако Аскольд и другие мои союзники отступают. Почему? В чем причина? Я этого не понимал. Ясно одно – план операции поменялся и если я останусь на месте, меня прихлопнут, ибо слишком неравны силы. Белый Янг уже смог себя потушить и сейчас формирует исцеляющие заклинания, а китайцы, которых временно притормозили мои объемные заклинания, снова стягиваются к центру.

«Суки-и-и»… – промелькнула в моей голове яростная мысль, когда я бросил взгляд в сторону бегущих союзников, и резко отпрыгнул назад.

Чанг последовал за мной, но промедлил и я выиграл драгоценную секунду, которая позволила мне проскользнуть в прореху вражеского строя и скрыться в лагере.

Снова я был вынужден драпать. Не люблю этого. Хотя кто любит отступать? Я таких людей, особенно среди воинов, не знаю. Все хотят побеждать и наступать, купаться в лучах славы и гордиться победами, а вот бегать не очень. Однако иногда приходится и, продолжая крыть Аскольда Рерского и других союзников нехорошими словами, я мчался по вражескому лагерю, петлял и постоянно смещался в сторону леса. Сколько времени прошло, сказать трудно. Возможно, пять или шесть минут. И когда я, уклоняясь от заклинаний бросившегося в погоню Чанга, благополучно избежав стычек с вражескими чародеями, которые могли сковать меня боем и задержать, добрался до чащобы, то обнаружил, что остался один. Аскольд и другие союзники оторвались от меня на пару сотен метров. Клялись победить полубогов, а сами сбежали. Крысы. Как есть, крысы. Однако разбираться с ними стану потом, а пока следовало продолжать спасение своей драгоценной жизни и я снова ускорился. Вот только Чанг все-таки смог меня догнать. Произошло это на окраине небольшой лесной поляны в глубине леса, и моя защита приняла на себя мощнейший таранный удар в спину, который смог ее пробить. Всего на краткий миг, пока щит не закрыл крохотную щель за счет внутренних резервов, но этого хватило, чтобы сбить меня с ног и развеять бесполезный полог невидимости.

Я упал, но практически сразу поднялся. Потерял пару секунд и, прижавшись спиной к стволу старого дуба, обнаружил перед собой обоих вражеских полубогов. Чанг сжимал в ладонях массивный хрустальный шар, какой-то мощный артефакт, наверное, именно благодаря ему была пробита моя защита, потому что сам бы он не справился. Рядом с ним, слегка покачиваясь от слабости и опираясь на зачарованную алебарду, стоял Янг Белый, который избавился от ожогов и ран, но не успел восстановить одежду и ее остатки обгорелыми кусками лишь слегка прикрывали его тело. А за спинами полубогов, разбиваясь на ударные тройки, собирались китайские чародеи, всего шесть человек, кто не отстал от лидеров, значит, они самые лучшие.

Кто виноват и что делать? Два извечных вопроса русской интеллигенции. С первым все понятно. В моих бедах всегда виноват я и никто другой. Учит меня жизнь, что никогда и никому нельзя доверять, а я раз за разом попадаю в ситуации, когда меня предают и стараются использовать. Аскольд Рерский навешал лапши на уши, рассказал сказку про дружбу, братство, выгоду, богатые трофеи, награду и общие интересы, а я повелся. Встрял в бой и сковал одного из полубогов, а союзники сбежали, и я снова оказался в ситуации, которая многим может показаться безвыходной. А что касательно второго вопроса, то здесь тоже все предельно просто и понятно. Необходимо сражаться. На максимуме. Не жалея резервов и надрывая биологический конструкт, выкладываясь не на сто, а на двести процентов. И только так можно будет не только вырваться из ловушки, выжить и вернуться домой, а еще и победить.