Книга Сыны Тьмы, страница 32 – Гурав Моханти

Однако, похоже, госпожа Раша все-таки использовала эти «найденные яйца», чтоб создать creatura magnificus,но прогресс был очень медленным. Хоть Сураджмукхи и была взрослым грифоном, размером она была со щенка. И сейчас, свернувшись на коленях госпожи Раши, она казалась робким детенышем, а не рыкающим полульвом-полуорлом, за которого можно было бы получить золото.

— Я вижу, император опаздывает. – Голос госпожи Раши был настолько резок, что им можно было рубить тиковое дерево.

— Император никогда не опаздывает, моя дорогая госпожа, это мы приходим заранее, – вмешался Шалья Мадрин, правитель Мадры, до этого прислушивавшийся к разговору.

У Шишупала не было возможности проверить это, так как он редко присутствовал на подобных встречах, но Шалья казался весьма важным господином – достаточно было увидеть, как его брюхо вплывает в комнату намного раньше него. Однако Шишупалу вскоре стало не до Шальи, поскольку оказалось, что у Багряного Плаща теперь есть более насущная проблема – подбежавшая к нему Сураджмукхи засунула морду ему между ног, и пусть грифониха была не так уж велика, но свои размеры она восполняла пронзительным взглядом, и теперь она смотрела на Шишупала, нежно пуская кислые слюни прямо ему на бедро. Мужчина задергался, пытаясь сбросить это странное создание.

— Знаете, – сказала госпожа Раша, – если она вам мешает, вы можете просто погладить ее снизу. Не волнуйтесь. К сожалению, они не кусаются. Как верно сказал Каляван, пропорции ее тела таковы, что она не может раздвинуть ноги для спаривания. Чух-чух закончится для нее трагически.

Шишупал был совершенно не настроен на то, чтоб касаться живота грифона, так что он просто помолчал, привыкая к неприятному ощущению, когда уродливый орел устраивается поудобнее у него в ногах.

— А что касается вас, господин Шалья, если бы у меня была склонность к шаблонным цитатам, я бы изучила гороскоп.

Шалья рассмеялся:

— Виноват. Но если вас так интересуют звезды, может, стоит обратить внимание на пророчество Калявана?

Развалившийся на диване грек жалобно застонал.

— О, только не снова, господин Шалья, – слабо возразил он, но было видно, что он и сам не прочь это обсудить. Даже если не считать, что он был чужаком, выглядел он эффектно. Шишупал слышал о нем – окультуренном военачальнике северо-запада, водившем веданских греков, яванов в набеги на изможденный без воды запад.

— Умоляю, расскажи, – ледяным тоном ответила госпожа Раша.

Шалья кашлянул и заговорил нараспев, как и подобает произносить пророчество:

– Ни один мужчина, рожденный в нынешнюю Эпоху, не может убить Калявана, Последнего в его Роду.

Шишупал нахмурился. Звучало довольно расплывчато. Он был достаточно начитан, чтобы знать, что сейчас они жили в эпоху Двапара, а Эпоха составляет примерно десять тысяч лет, и Двапар даже близко не приблизился к своему закату. С таким же успехом можно было просто объявить Калявана непобедимым. К несчастью для всех, пророки часто считали себя поэтами, хотя Шишупал, конечно, не верил в эту болтовню.

Госпожа Раша, казалось, разделяла его сомнения:

— Значит, если бы я просто вытащила кинжал из-за пояса и медленно перерезала тебе глотку, ты бы мне позволил?

— Моя дорогая госпожа Раша, вам бы я позволил резать меня любым способом, – привстав, галантно сказал Каляван, очевидно, не зная, сколь мало скрывает его тога – или, что еще хуже, полностью осознавая это.