Книга Сыны Тьмы, страница 301 – Гурав Моханти

Сахадев прищурил глаза. Он взял свиток и потянулся через стол, чтобы вернуть его. Как и ожидал Шакуни, Сахадев осторожно развернул его большим и указательным пальцами, чтобы взглянуть на содержимое свитка. И прежде чем Шакуни успел забрать свиток, Сахадев замер. Вздрогнув, он встал, поспешно разворачивая свиток.

— Вайю, спаси нас! Брат, Матхура в осаде! Драупади и Бхим в ловушке! Силы численностью более шести тысяч человек атаковали город с помощью айраватов! – Он повернулся к Шакуни, скривившемуся в мрачном удовольствии. – Ты знал!

— Мы должны немедленно отправиться в Матхуру! – Белый Орел был на ногах. Для своего возраста он был довольно ловок и быстр. – Даже на самых резвых лошадях понадобится не менее трех дней.

— Мы можем взять Гаруду. Так будет быстрее, – сказал Арджуна.

— Гаруда не неуязвим для оружия, – заметил Сахадев. – И только Юдхиштир может оседлать его, да и будет слишком рискованно подставлять его под их стрелы. Ты можешь научить Арджуну летать на Гаруде, брат?

— Задержитесь еще немного, господа и повелители, – сказал Шакуни, вставая и вытягивая руки перед собой, его голос был чист, как хрусталь. – Какими бы ужасными ни были новости и как бы сильно это ни ранило мое сердце, именно по просьбе царевича Юдхиштира его светлость издал Указ о том, что ничто не должно прерывать это разбирательство до тех пор, пока не будет достигнуто заключение. На самом деле… – Он протянул руку к Сахадеву и забрал у него Кодекс. Рука Шакуни задрожала под тяжестью книги, но он все же поднял ее и передал ачарье Крипе. – Указ зарегистрирован, подписан и заверен печатью. Такова Воля царя, – сказал Шакуни. – Ачарья Крипа, не мог бы ты, пожалуйста, быть так любезен зачитать соответствующую выдержку в интересах присутствующих сторон?

Испросив разрешения царя, Крипа встал и начал читать:

– Стих 67:201. Монарх – это Правосудие и Закон, выкованные в меч, от жгучей ярости которого не застрахован и сам монарх. Указ монарха должен использоваться редко, и, однажды произнесенный, не может стать невысказанным, ибо Монарх неподвижен, как Полярная звезда, и должен всегда оставаться постоянным. Как только слова Указа написаны чернилами, краской или кровью, он становится Законом. Даже царь не может отменить его. Любое изменение в таком Законе может быть вызвано только волей людей, управляемое таким образом и осуществляемое через каждого из Восьми, которые обладают данными Богом способностями принимать решения за простой народ.

— Ману был довольно многословен, ваша светлость, – сказал Крипа. – Если позволите, я не буду читать дальше. Если, конечно, царевич Сахадев не считает, что необходимо прочесть дополнительные выдержки. – Он улыбнулся замершему с отвисшей челюстью Сахадеву. – Другими словами, ваша светлость, в отличие от решения по наследному царевичу, которое было передано нам Трибуналом, изменение Указа требует участия всего Совета Восьми. Не Трибунала, не Сотни, а Восьми. Так что этот процесс можно начать прямо сейчас.

Крипа мучительно долго молчал, давая Сахадеву возможность обдумать его слова, а затем продолжил:

— Царевич Дурьодхана является членом Восьми, как и господин Шалья. Мы пошлем к ним наших самых быстрых наездников на гандхаранских скакунах и будем молиться, чтобы они поскорее вернулись в Хастину. Поскольку Матхура находится в осаде войск Магадха, мы можем только надеяться, что император избавит царевича Бхима и царевну Драупади от своего гнева. Как бы мне ни было неприятно это признавать, но против Греческого огня и айраватов, боюсь, шансы Матхуры не выглядят очень уж многообещающими.