Книга Сыны Тьмы, страница 280 – Гурав Моханти

Видур уловил его намек:

— Действительно, если желания простых людей будут проигнорированы, кто может сказать, какая трагедия может случиться с Хастиной? Начнутся беспорядки на улицах, или еще что хуже… Опасно расстраивать толпу, когда здесь собралось столько богатых господ, ваша светлость. И после той суматохи в Панчале, осмелюсь предположить, нам не помешала бы некоторая предсказуемость.

Шакуни поморщился. Видур был в кармане у Юдхиштира. Вот почему никто из служащих не предупредил Шакуни о планах Сахадева, когда он подал этот иск. Проклятье.Тем временем часть знати нервно заерзала на своих скамьях, перешептываясь друг с другом и с опаской поглядывая на дверь. Шакуни подал знак своим Туманам, которые вышли из тени и стали по кругу вдоль стен Зала и у входа для поддержания порядка. Это могло обеспечить хорошее поведение противников, по крайней мере, на данный момент.

Все это время Сахадев стоял, улыбаясь.

Борода Вайю!Шакуни знал, что этот день настанет: день, когда Юдхиштхир, наконец, столкнется с Дурьодханом, но он не думал, что это произойдет так скоро. Он не был подготовлен. Если бы Юдхиштира сейчас объявили наследным царевичем, это был бы бескровный переворот. Да, Дурьодхан мог разглагольствовать и кипеть, но в своем нынешнем любовном унынии он не пошел бы против Закона. Вся схема Шакуни рассыплется на куски. Шанс на победу – это все, что мне нужно.

Он поманил помощника Бхишмы, который, низко склонившись, поспешил к нему. Шакуни быстро написал записку на свитке и попросил его передать ее Бхишме. Мужчина поспешил обратно к Белому Орлу. Прочитав записку, Бхишма нахмурился, а затем поднял взгляд на Шакуни, его глаза были твердыми и проницательными, он размышлял. Затем он едва заметно кивнул.

— Владыки Хастинапура! – взревел Бхишма, фактически заставив Зал замолчать. Командиру нужен хороший боевой голос, и Бхишма, безусловно, во многих сражениях доказал, что он им обладает. И сейчас он говорил именно так. – Я всем сердцем верю госпоже Кунти, что Юдхиштир, родное дитя моего покойного племянника Панду, действительно старший царевич из рода Кауравов. – Послышались пораженные вздохи, свист, аплодисменты, проклятия, возбужденное бормотание, а поверх всего этого – хриплый кашель царя. Бхишма вскинул руку, и в большом Зале снова воцарилась тишина. – И он действительно достоин править благодаря своей образцовой приверженности нашим Законам. Но таков и нынешний наследный царевич Дурьодхан, о чем свидетельствуют его административные реформы в столице. По закону наследным царевичем выбирается старший, но закон также гласит, что после того как царевич помазан под оком Вайю, только смерть освобождает его от этой обязанности. Мы находимся на странном этапе в истории нашего Дома, и, возможно, действительно потребуется решение. Но закон в его нынешнем виде заключается в том, что король принимает решение по рекомендации Имперского Совета, Совета Восьми. Не Совета Ста. И уж точно не людьми за пределами этого Зала.

Шакуни хотел расцеловать Белого Орла! Бхишма выбрал идеальный случай, чтобы впервые согласиться с ним. Шакуни затаил дыхание, увидев, как Сахадев поднялся, чтобы возразить, но взгляд Белого Орла заставил его замолчать. Шакуни знал, что собирался сказать Сахадев: как только дело попадает на рассмотрение Имперского трибунала, оно не может быть отложено или прекращено без вынесения решения.