Книга Сыны Тьмы, страница 262 – Гурав Моханти

Драупади была потрясена:

— Пятьдесят?

Сатьябхама серьезно кивнула:

— Это кипящий котел… Он разрывается от давления, созданного темными силами. Хотела бы я знать больше, дитя. Детям Кунти, царевичу Дурьодхане и его другу решту Карне…

Это имя застало Драупади врасплох, и она принялась молиться про себя, чтобы Сатьябхама этого не заметила. Стоило ей закрыть глаза, и она вновь видела, как он скользит по арене, чтобы спасти ее.

А Сатьябхама продолжала:

— И тебе… вам всем предстоит сыграть важную роль в судьбе этого богом забытого царства. И для этого Кунти нужны все ее пятеро сыновей, как единая сила. Женщина может быть предвестником хаоса. Ты принесла с собой Панчал, но ты также принесла и похоть. Братья и так сделали все возможное, чтоб не вцепиться друг другу в глотки. Если бы ты вышла замуж только за Арджуну, ревность, обида и зависть заменили бы верность и братство. Я должна отдать должное этой старой дуре. Пусть она играет и грязно, но она играет умно. – Сатьябхама подмигнула ей, но ошеломленная услышанным откровением Драупади этого даже не заметила. – Дыши, дитя, – сказала Сатьябхама. – Поверь мне, я знаю, ты думаешь, что тебе сейчас плохо. Конечно, некоторые могут считать, что быть женой пяти мужей лучше, чем быть третьей женой одного мужа. Главное, правильно посмотреть. Итак, мой совет – забудь о мужьях, сосредоточься на этой суке.

— И что мне делать?

— Сразись с Кунти на ее территории. Не будь агнцем. Будь… – она улыбнулась, – волчицей.

Драупади кивнула, чувствуя, как ее пробирает холод. Некоторое время они сидели молча, наблюдая, как сгущаются тени. Когда последние лучи солнца скрылись за горизонтом, к Драупади прибыл паж.

— Мои повелительницы, – поклонившись, сказал он, – сыновья Панду отправляются сегодня вечером в Хастинапур. Господин Шакуни перенес дату судебного разбирательства. Мать Кунти просила царевну Драупади быстро собрать все вещи и быть готовой отправиться завтра с первыми лучами солнца. Поскольку река стала полноводной и разлилась, нам придется добираться до Хастинапура по дороге.

Драупади некоторое время молчала, а затем сказала:

— Скажи ей, что я еще ненадолго останусь в Матхуре. Скажи им, чтобы они ехали без меня. Я присоединюсь к ним позже.

Краска сошла с лица пажа при одной только мысли о том, что ему придется передать это сообщение Кунти. Он беспомощно повернулся к Сатьябхаме за поддержкой.

Она вздохнула и сказала Драупади:

— Будет много грязи, дитя. Мальчишки не согласятся ехать без своей жены.

Драупади задумалась над этим. Будь волчицей.Она перевернула страницу своей жизни.

— Скажи царевичу Бхиму, что я попросила его остаться со мной в Матхуре. Я уверена, он не играет никакой роли в играх, которые Сахадев запланировал в Хастине. Скажи Бхиму, что я хочу провести с ним некоторое время наедине.

Сатьябхама позволила себе едва заметную улыбку:

— Ты слышал царевну.

I

— Нас чуть не поймали Серебряные Волки! Слышал, что они говорят? Они не убивают людей. Они связывают их и тренируются на них, стреляя тупыми стрелами!

Эклаввья пожал плечами.

— Не забивай голову такими заботами, Шишупал, – сказал он, протягивая своему спутнику мех с водой. – Вода успокаивает расшатанные нервы, друг. Волки воют только тогда, когда луна высоко. Днем правят лисы.