Книга Испытание империи, страница 161 – Ричард Суон

— Сэр Конрад! – закричала я. Только он знал, как их изгнать.

Вонвальт оглянулся, в его глазах промелькнуло удивление, словно он забыл о моем присутствии.

— Что?!

— Они одержимы!

Возможно, я лишь отвлекла его в критический момент. Так или иначе, еще одного гвардейца настигла смерть. Вспыхнула молния и, прорезав пространство между нами и одержимыми прорицателями, ударила солдата в грудь. В мгновение ока от него остался один лишь скелет.

Воцарился жуткий хаос, капитан Райнер в порыве безрассудной отваги бросилась вперед и одним ударом сразила ближайшего из прорицателей. Затем очередная вспышка нечестивой энергии рассекла воздух, и Райнер отбросило назад, припечатав к стене.

Вонвальт устремился в зал, вытянув руку, и произнес изгоняющее заклятие. Ближайшая к нему прорицательница рухнула на пол, и ее череп с противным треском ударился о каменную плиту. Кто-то из гвардейцев метнул меч, словно копье, поразив еще одного одержимого точно в шею. Тот, не издав ни звука, повалился на спину и испустил из раны в потолок струю едкого пламени.

Вонвальт подскочил к последнему из одержимых, схватил за руку и повалил на пол. Он ударил его по лицу – один раз, второй, третий – закованный в броню кулак рвал плоть и дробил кости. Однако прорицатель как будто не вполне осознавал происходящее. Казалось, он разрывался между яростной борьбой и полным безучастием ко всему, словно две половины боролись за контроль над одним целым.

То, что затем сказал Вонвальт, стало для меня полной неожиданностью.

— Выходите, все! – бросил он через плечо. И добавил, когда все замешкались в нерешительности: – Сейчас же!

Гвардейцы – те, что уцелели, – спешно попятились обратно в коридор. Капитан Райнер без всякого желания попыталась загородить мне проход в зал, но я в раздражении протиснулась мимо нее. Вонвальт между тем достал три книги из застегнутой на поясе сумки. В первой я сразу распознала «Гримуар некромантии», второй был том по «Искусству призыва и пленения», что я нашла в Библиотеке Закона. Третьим оказался «Кодекс изначальных духов».

В совокупности в руках у Вонвальта оказалось серьезное собрание магических книг – даже больше, чем имелось у Клавера. И все-таки я не понимала, чего он хотел добиться с их помощью. Да, Вонвальт блестяще разбирался в тайной магии, но прежде он никогда не использовал ее как оружие. Магистрат давно запретил подобные практики.

И все-таки… я подумала о Янсене и руне, вырезанной у него на лбу. Вспомнила реакцию Вонвальта на уродцев сэра Анцо в Киарай и на Вестенхольца, обреченного на муки, – удивление, интерес и любопытство, но не ужас или отвращение. Каждому такому случаю по отдельности могло найтись объяснение, но взятые вместе они складывались в общую картину. Вонвальт, подобно Клаверу, проявлял интерес к возможностям этих источников. Эти орудия применялись не в полной мере, хотя могли быть пущены в ход с бо́льшим и разрушительным эффектом.

Вонвальт придавил коленями руки вырывающегося прорицателя и ухватил левой рукой его лицо. Затем принялся правой рукой перелистывать страницы трех книг, открывая каждую на отмеченных местах.

Я не могла поверить своим глазам. Это было не просто надругательство над всеми законами этики и морали, это было просто неправильно. В корне неправильно. Пусть эти орудия заключали в себе гигантскую силу, мне было все равно. Даже если применять их во благо, это применение само по себе было гнусным. А применение гнусных методов ради достижения благого исхода безвозвратно оскверняло любой исход.