Книга В Доме Змея, страница 42 – Илья В. Попов

И вот это была воистину дельная мысль, ведь, как бы то ни было, отдых Кенджи действительно заслужил. Он все же сделал несколько бросков, чтобы не обидеть любителей азартных игр, которым, казалось, для счастья хватило бы и того, чтобы он постоял рядышком, а потом втянулся в нестройный хор пары дюжин голосов, которые горланили похабную песенку. Потом кто-то предложил помериться силой друг с дружкой в борьбе на руках – с одного из столов в тот же миг слетела на пол вся посуда, и вот уже двое верзил пыхтели и отдувались, пытаясь заломать сопернику кисть. Следом поступило предложение посоревноваться в метании ножей, потом – в стрельбе из пистолета…

Потехи шли одна за другой, вино и саке лились рекой, количество стаканов, поднятых в честь будущего победителя Турнира, – а в этом, похоже, не сомневался никто из присутствующих, кроме самого Кенджи, – трудно было и сосчитать… Но вот, когда он, в очередной раз поймав взгляд той самой рыжей юдзё, которая в этот раз улыбалась ему игривее прежнего, решил уже было попытать удачу, его потрепал по плечу один из телохранителей Каташи – оказалось, его возжелали увидеть на самом верхнем этаже, где глава Дома Змея проводил время вместе со своими приближенными.

В полутемном зале, освещаемом лишь настенными лампадами, царила приятная прохлада. Помимо самого старшего Такэга, тут находились Исаро Ода, даже здесь не снимавший своих перчаток; глава Дома Паука – худющий, но крепкий старик, чей искусственный глаз поблескивал какими-то потусторонними огоньками; думается, муляж его не был простой цацкой и таил парочку секретов, а также представители наиболее знатных родов Дома Змея, несколько местных чиновников, парочка купцов и все прочие, кому не с руки было пить в компании рядовых воинов.

— Вот он – наш триумфатор! – прогрохотал Исаро, не успел Кенджи вымолвить и слова, а потом разразился столь громким и радостным смехом, словно бы тот и впрямь только что одержал оглушительную победу на Турнире.

— Вблизи еще моложе, чем кажется на первый взгляд, – проскрипел старик из Дома Паука, внимательно изучая Кенджи с головы до пят; при этом говорил он так, словно был не живым человеком из крови и плоти, а каким-то чудны́м экспонатом, выставленным на всеобщее обозрение. – Удивительно, как простой мастер смог вызвать столь достоверную иллюзию. Не каждый мой призыватель способен освоить такое искусство за много лет…

— Друзья мои, прошу. – Каташи несколько раз ударил палочками по бокалу, призывая к тишине. – Думаю, Кенджи и без того успели перемыть все кости – так не станем же уподобляться базарным сплетницам. Друг мой, мы пригласили тебя сюда, чтобы высказать свое восхищение. Думаю, никто не станет спорить, что ты сегодня превзошел все самые смелые ожидания. Присядь и выпей с нами бокал-другой – если, конечно, тебе не претит делить стол с развалинами, предающимися ностальгии по давно ушедшим дням.

Все прочие дружно рассмеялись – особенно Исаро, который, похоже, этой ночью неслабо налегал на выпивку, так как хохотал он столь громко, что из его глаз аж брызнули слезы.

— Сочту за честь, – ответил Кенджи, коротко поклонился и присел за стол.

Однако не успел он и притронуться к кубку, как из коридора донеслись чьи-то крики и громкий топот. Грохнули двери, и в зал вошел невысокий мужчина в окружении вооруженных воинов. С первого взгляда его с трудом можно было бы заметить в толпе простых горожан – до того он был неприметен как одеждой, так и внешностью; но выправкой вряд ли походил на простого ремесленника или писаря, к тому же из-под плаща его выпирала рукоять меча.