Книга По ту сторону стены, страница 67 – Эйа Риверголд

Илис молчала, видя, как цветок пытался поднять свой сухой бутон над землей; как бабочка, дожившая свои несколько дней, пыталась вспорхнуть ввысь, однако старые крылья подводили ее.

— Мир уродлив, он уродлив там, за стеной. Он покрыт язвами и прыщами, угрями и морщинками: грязными людьми, которые то и дело «сеют свою непохожесть» где попало, уродуя настоящую красоту. Они говорят, что не похожи ни на кого, когда на самом деле становятся слепыми и начинают трясти своими красками, как жирные павлины, считают себя покорителями небес, не умея даже летать. Там нет красоты, – голос сорвался, его сменил хриплый неприятный звук. – Красота лишь здесь, где все совершенно одинаковы…

Она спокойно выдохнула, словно считая, что все это ее заслуга, что она выполнила свой долг и теперь весь мир обязан этим ей – королеве Аточиста Эларис.

Илис утонула в молчании, пытаясь понять Эларис и разглядеть того, кто разбил охрану. Слова королевы были омерзительными, бездушными. Девочка посмотрела на этого хрупкого человека и осознала, насколько непростительны его грехи. И как такие плечи могли вынести на себе столько плохого?

— По-вашему, красота в пустоте?

Илис отпустила руку: было неприятно держаться за человека с таким мнением. Даже для ребенка.

— Она в том, что ее наполняю я. Я освободила людей от такого порока, как зависть. Я лишила их чувства неприязни к самим себе. Я дала им свободу. Я подарила им красоту.

Королева поднялась с пола, поправила облачное платье, перчатки, корону, села на трон и уставилась на девочку.

— Вы сделали большую ошибку, ваше величество, да и только… – Илис нацелила на королеву свой взгляд. – Если и есть в этом мире красота, так она где-то внутри, но никак не снаружи…

Девочка сделала смешной реверанс. Ворота, что выводили из замка, ждали ее. Около них Илис долго стояла, желая сказать еще что-то важное, но на глаза попались умирающие дети, засохшие на красивом лице королевы, поэтому все, что она смогла добавить, прозвучало так:

— Насколько бы красивым ни было ваше лицо, душа у вас просто тошнотворна. Знайте, ваше величество, я вернусь и разобью ваш шар, и тогда весь мир покроется «грязью».

Илис покинула замок, напоминавший ладью. Однако внезапно ей послышалось, как кто-то негромко спросил:

— Ты идешь в Грезы?

Это была девочка из тех охотников. Илис даже не обратила на нее внимания: она волновалась за Отема. В замке его не было и в пустоте тоже. Может, она просто не узнала его: может, он уже один из жителей Аточиста, такой же фарфоровый и холодный, пустой и однотонный? Ко всему прочему, Илис не знала, куда идти, ведь все вокруг было одинаковым. Ее сердце раскалывалось, как головы тех аточистцев. Поэтому она грустно шепнула, почти не раскрывая рта:

— Нет, я никуда не иду.

Девочка положила холодную ладошку на плечо Илис и сказала:

— Он ждет тебя там.

Услышав это, лицо Илис будто озарилось светом. Сейчас она думала только о том, что появится Отем.

Она стала искать его по всей белизне и все никак не могла найти, но вот взгляд остановился на темной приближающейся фигурке, которая шла прямо, четко, как будто наступала на нее. У ее удивления не было границ. Она улыбалась, махала руками, прыгала и кричала. Илис стрелой побежала к старику и обняла его, забыв обо всех обидах.