Книга Уходя, закройте двери, страница 57 – Екатерина Соболь

Антон, конечно, начнет нудеть, что Страже запрещено пользоваться артефактами, но от этого правила, похоже, мало что осталось. И я надела кольцо. В первую секунду ничего не произошло, а потом я почувствовала: кончики пальцев стали очень чувствительными. Я коснулась стены, ощущая каждую крупинку краски на ней. Потрогала свою щеку. Отдернула ладонь. Ого! Приятно, хоть и странно, конечно…

— Ну что началось, – заворчал Антон. – Нельзя просто брать и…

Я не выдержала любопытства и для эксперимента коснулась его руки. О… го.

— Можно посмотреть? – прошептала девушка, вытягивая шею. – Я артефакты никогда близко не видела! Красиво…

У нее было такое искренне заинтересованное лицо, что я торопливо отодвинулась от Антона, сняла кольцо и протянула ей. Девушка поколебалась, но надела. Кольцо подсвечивало полутьму и ее склоненное лицо. Какая идеальная кожа, мне бы такую… Она погладила ближайший мешок с песком, хихикнула и притихла.

За дверью раздались шаги и голоса. Они приблизились, миновали нас и скрылись прежде, чем я успела запаниковать. При мысли, что эта четверка откроет дверь и найдет нас, меня накрыло паникой, и я постаралась дышать глубже. Можно круто открывать двери, но чем это поможет, если клановцы выволокут нас отсюда и побьют?

— Ты чего трясешься? – еле слышно спросил Антон и коснулся ладонью моей спины. Я постаралась замереть, чтобы не раздражать его. – Уж разберусь я с ними как-нибудь. Если что, вы вдвоем бегите, я догоню.

— Я в нем все так остро чувствую! – Девушка показала Антону руку с кольцом. Ее искренний энтузиазм и умилял, и бесил. – Мне кажется, это не только в работе полезно.

К моему эгоистичному удовольствию, Антон глянул на нее не как человек, который готов флиртовать и болтать о чувствительности рук, а как унылый нахохлившийся сыч, который осуждает все на свете.

— Можно я на этот артефакт тоже в очередь встану? – продолжила девушка, разглядывая свою руку, как чудо. – Ну, если эта система еще работает. Я учусь на керамиста, вы не представляете, как это пригодится!

И тут я подумала: а что нам теперь, собственно, с этими артефактами делать? Сдавать их больше некуда, пусть хоть кому-то пригодятся. Девушка меня раздражала, но, чтобы показать, что это не так, я сказала:

— Да пусть возьмет прямо сейчас! Считай, мы без исследования артефакта нашли ему хозяйку. Кому нужны чувствительные пальцы, как не керамисту? Ну или будем по всему городу искать скрипача.

— Не положено! – шепотом возмутился Антон. Я продолжала смотреть на него, и он со стоном выдохнул. – Ладно, пусть берет. Реально, не знаю, куда их теперь сдавать.

Девица так радостно взвизгнула, что Антон зашикал и прижал ладонь к ее губам. А она замерла и не возражает, вы посмотрите! Я аж раздулась от возмущения. Вообще-то от его рук все еще воняет бензином, вряд ли это так уж приятно.

— Если вы нас собрались выдать своими воплями, лучше разбейте артефакт, – прошипела я сквозь подступающее возмущение. – Тогда его свойство останется с вами, и парням нечего будет отнять, если они нас найдут. Но имейте в виду, артефакт аж несколько лет может действовать, его не отменить.

— Можно, да? – спросила девушка, когда Антон убрал руку. – Я хочу!

— Да разбейте уже его, плевать, – простонал он. – И обе – сидите тихо!